Авторы: 147 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Книги:  180 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


загрузка...

П.В. ФЕДОТОВ И 2-е УПРАВЛЕНИЕ НКВД -НКГБ (1941-1946)

Перед войной в ходе реорганизации НКВД и образования Наркомата госбезопасности контрразведка вошла в состав последнего в качестве его 2-го управления. Начальником был утвержден комиссар госбезопасности 3 ранга П.В. Федотов, возглавлявший 3-й отдел ГУГБ с сентября 1940 года.

Руководитель советской контрразведки в годы войны Петр Васильевич Федотов был личностью неоднозначной. Своим видом он напоминал профессора или врача, но на самом деле был одним из опытнейших руководителей органов госбезопасности.

Он родился 18 декабря 1901 г. (по другим данным, в 1900-м) в Санкт-Петербурге. Его отец Василий Федотович был родом из крестьян (с. Старое Рахино Старорусского уезда Новгородской губернии), много лет работал кондуктором и вагоновожатым питерской конки, а незадолго до своей кончины, в 1905 г. устроился вахтером в Министерство просвещения. Мать Пелагея Ивановна, происходила из новгородских крестьян, всю жизнь занималась

хозяйством и воспитывала четверых детей: трех дочерей и сына. Погибла блокадной зимой 1942 года.

До пятнадцатилетнего возраста Петр жил на иждивении своих старших сестер - портних-надомниц Александры и Анны, успев с 1908 г. проучиться в 3-классном начальном училище и с 1911 г. - в 4-классном городском училище им. Д.И. Менделеева в Петрограде. С августа 1915 г. по февраль 1919 г. трудился раскладчиком-упаковщиком газет экспедиции петроградского почтамта. Работая там, в октябре 1917 г. записался в ячейку сочувствующих партии большевиков. Одновременно подрабатывал киномехаником в частных кинотеатрах «Марс» и «Волшебные грезы».

В феврале 1919 г. Федотов добровольно вступил в ряды Красной Армии рядовым бойцом 1-й Отдельной коммунистической Петроградской бригады, в рядах которой сражался на Восточном и Южном фронтах. В боях под Купянском и Валуйками был контужен и ранен. На фронте Федотова приняли в партию и в июле 1919 г. направили на политкурсы при политотделе Южного фронта. Будучи слушателем курсов принимал участие в боевых действиях против частей генерала Мамонтова, в сентябре 1919 г. направлен в 1-й Революционной дисциплины полк 8-й армии на должность политрука роты. В составе этого полка П.В. Федотов оказался на Северном Кавказе, где участвовал в боях с остатками белогвардейских частей в казачьих станицах, а также в Чечне и Дагестане, где был контужен. В конце 1920 года полк понес большие потери и был расформирован, а Федотов переведен на работу в Особый отдел 8-й армии в качестве цензора-контролера, затем служил начальником цензуры ОО Кавказской трудовой армии.

С января 1921 г. ответственный контролер цензуры, с февраля 1922 г. - начальник осведомительского отделения, а затем - Информационного отдела

Грозненской ЧК. С 1922 г. - уполномоченный, с сентября 1923 г. - начальник КРО, с декабря того же года - заместитель начальника КРО-Восточного отдела Чеченского облотдела ГПУ. В Грозном Федотов работал под руководством Якова Дейча и Вениамина Абрамова, хорошо известных в чекистской среде. В 1922 г. «за усердную работу и постановку осведомительного аппарата в округе, особенно на промыслах, премирован кожаным костюмом».

В 1923-1924 гг. Федотов руководил крупной операцией по разоружению Ачхой-Мартановского района Чечни и ликвидации банды Мазы Шадаева. Принимал в разработке и ликвидации крупных вооруженных формирований (до 10 тысяч человек) шейха Али Митаева. Тогда же в первой служебной аттестации, его непосредственный начальник написал на Петра Федотова следующий отзыв:

«Как хорошо знающий все специфичности восточной работы в занимаемой должности незаменим. Отличный восточник в части работы чисто аналитической, знает и оперативную отрасль. Крайне усидчив, трудолюбив и дисциплинирован, хороший товарищ, нерешителен. Инициативу имеет, но недостаточно энергичен».

С марта 1924 г. Федотов - уполномоченный по систематизации материалов Военного отдела, с 14 января 1925 г. - помощник начальника КРО, а с декабря 1926-го - уполномоченный ОО Чеченского облотдела ГПУ. В этом качестве Федотов принимал непосредственное участие в «разоружении Чечни и Дагестана». Проведя основательную подготовительную работу, Федотов, в ходе ряда операций, будучи заместителем начальника опергруппы по району, руководил информационной и агентурной службами, степень организации которых по своим результатам получила высокую оценку командования. Это позволило верно ориентироваться в обстановке в период операции, обеспечив их успех. Под руководством

Федотова, путем создания оперативных позиций среди местного населения, удалось без войсковой операции ликвидировать вооруженные формирования шейхов Ильясова, Ахаева и Аксалтинского.

С февраля 1927 г. Федотов служил в аппарате ПП ОГПУ по Северо-Кавказскому краю: с 1 февраля 1927 г. - уполномоченный КРО-ВО, с ноября того же года - вр. и. д. начальника 3-го отделения КРО, с октября 1930 г. -начальник 6-го отделения ИНФО, с января 1931 г.-сотрудник для особых поручений. В аттестации на Федотова этого периода говорится:

«Весьма добросовестный, честный и преданный работник. Свою работу знает хорошо, проявляет в ней большую инициативу. В выполнении заданий медлителен, что окупается чрезвычайной тщательностью работы и продуманностью подхода к ней».26

Впоследствии эти качества отмечали в Федотове его сослуживцы. Сотрудник разведки, полковник Зоя Ивановна Рыбкина-Воскресенская написала на папке (в которой она хранила материалы для доклада Федотову) цитату из «Гамлета»: «Так погибают замыслы с размахом, вначале обещавшие успех от долгих отлагательств».27

С ноября 1931 года Федотов возглавлял 2-е, 3-е отделения СПО ПП ОГПУ СКК. В январе 1934 г. после разделения Северо-Кавказского края на Азово-Черноморский (с центром в Ростове-на-Дону) и Северо-Кавказский (Пятигорск, с 1935 г.- Ворошиловск, ныне Ставрополь) края Федотов назначается начальником 2-го отделения СПО ПП ОГПУ СКК. После преобразования ОГПУ в НКВД в июле 1934 г. П.В. Федотов стал начальником 5-го отделения, с февраля 1936 г., по совместительству - помощником начальника СПО- 4-го Отдела УГБ УНКВД Северо-Кавказского края. С февраля 1937 года он - начальник 5-го отделения 4-го отдела УГБ УНКВД Орджоникидзевского края (так был переименован Северо-Кавказский край после смерти наркома тяжелой промышленности СССР). В январе 1936 года Федотову присвоено спецзвание старшего лейтенанта ГБ. В 1934 г. был награжден знаком «Почетного работника ВЧК-ГПУ».

Занимая должности в органах госбезопасности, Федотов большую часть своей службы на Кавказе был вне рядов партии. Но так было не все время. В партию большевиков он вступил еще в Петрограде в октябре 1918 г., но в марте 1922 г. «выбыл автоматически», о чем затем писал в автобиографии: «...вследствие политической незрелости и нерадивого отношения к партийным обязанностям и поручениям, пренебрегая советами старших товарищей учиться и активно участвовать в жизни парторганизации, я отошел от партии и механически выбыл из ее рядов, что с наступлением более зрелого возраста всегда решительно осуждал».

В то время это было распространенным явлением, так же как исключение из партии за «пассивность». Вновь в ВКП (б) Федотов вступил кандидатом в феврале 1932 г., партбилет получил уже в июле 1937 г. в Москве.

Проработав 16 лет на Северном Кавказе в Грозном, Ростове, Пятигорске и Ворошиловске под руководством известных чекистов - полпредов Е.Г. Евдокимова, Р.А. Пилляра, И.Я. Дагина, их заместителей - В.М. Курского, Г.Ф. Горбача, М.Г. Раева и других, Федотов становится частью «северо-кавказского клана», представители которого в 1936-1938 гг. при Ежове заняли большинство командных постов в центральном аппарате и местных органах НКВД. В отличие от других, Федотов был менее заметен и более осторожен, что, по всей видимости, и спасло его в 1939-1940 гг., когда большая часть северокавказских чекистов погибла в следующей, уже бериевской, чистке.28

В ноябре 1936 г. путем объединения аппаратов Секретаря НКВД (этот пост занимал ближайший

помощник бывшего наркома Ягоды старший майор ГБ Павел Петрович Буланов) и Оперативного секретаря наркома (им был известный северокавказский чекист Яков Абрамович Дейч, с 1931 г. работавший в Москве) был создан Секретариат НКВД СССР. Его начальником был назначен Дейч. Федотов служил под руководством Дейча в Грозном. 25 апреля 1937 г. Федотов был направлен в распоряжение Отдела кадров НКВД СССР, и уже 10 мая назначен помощником начальника Секретариата НКВД СССР - того же Дейча.

Дейч в Москве на этот раз не задержался. 16 августа 1937 г. он был назначен начальником управления НКВД по Азово-Черноморскому краю (в сентябре того же года край был разделен на Ростовскую область и Краснодарский край). Федотов, награжденный 11 июля орденом Красной Звезды, согласно приказу НКВД СССР от 28 августа 1937 г. также должен был отправиться на работу в Ростов. По данным историка М.А. Тумшиса, установившего факт перевода Федотова в Москву в апреле 1937 г. и его работы в Секретариате НКВД (ранее считалось, что Федотов попал в центральный аппарат только в ноябре 1937-го), вскоре «приказ был отменен. Федотов остался на работе в центральном аппарате НКВД. Это событие, вероятно, спасло ему жизнь. В марте 1938 г. Дейч был арестован и после продолжительных допросов «с пристрастием» умер в сентябре 1938 г. в одной из московских тюрем. Вполне возможно, что после ареста Дейча в тюремной камере мог оказаться и Федотов».29

Любопытно, что Дейч (имевший прямое отношение к гибели Артузова и других чекистов) погиб еще в период «господства» в НКВД северокавказцев. Руководивший во второй половине 1937 - начале 1938 гг. контрразведкой в центральном аппарате НКВД СССР A.M. Минаев-Цикановский в своих показаниях на следствии уже после ареста в ноябре 1938 г. сообщил: «После ухода Дейча, заслонявшего собой обоих заместителей Ежова- Фриновского и Вельского, последние стали себя чувствовать увереннее».30 Также Дейч был одним из крайне немногочисленных руководителей местных управлений НКВД, не получившим в 1937 г. никаких наград (и к 20-летию ВЧК-НКВД в декабре, когда ордена получили почти все) и не избранным депутатом Верховного Совета СССР в том же декабре (из подчинявшихся непосредственно Центру можно назвать наркомов внутренних дел Карелии - вскоре арестованного Карла Тениссона, и Удмуртии - Дмитрия Шленова, а также назначенного в ноябре 1937 г. начальником УНКВД Курской области Алексея Боечина). Видимо, Дейч успел испортить отношения с бывшим сослуживцем Михаилом Фриновским (с апреля 1937 г. - 1-й заместитель Ежова и начальник Главного управления госбезопасности НКВД).

По данным историка В.Ю. Воронова, Федотов все-таки с августа 1937 г. работал в УНКВД по Азово-Черноморскому краю//Ростовской области, а в ноябре

1937 г. был переведен в центральный аппарат НКВД СССР. 10 ноября Федотов (за 5 дней до этого произведенный в капитаны ГБ) был назначен начальником 7-го (восточного) отделения 4-го отдела ГУГБ (с 28 марта 1938 г. - 1-го УГБ) НКВД СССР. С 1 августа

1938 г. он уже стал помощником начальника 4-го отдела 1-го УГБ НКВД СССР, с 29 сентября 1938 г. - помощником начальника, а с 1 ноября 1938 г. заместителем начальника 2-го отдела ГУГБ НКВД. Одновременно с 8 октября по 22 декабря 1938 г. он был начальником следственной части 2-го отдела ГУГБ НКВД.

В период репрессий 1936-1938 гг. сотрудники СПО (с декабря 1936 г. - 4-го отдела ГУГБ) и их подразделений на местах играли важнейшую роль в арестах и следствии. СПО был центральным подразделением НКВД при подготовке «Московских процессов» 1936-1938 гг. (Зиновьева-Каменева, Пятакова-

Радека, Бухарина-Рыкова). Для этого периода характерна частая сменяемость руководящего состава идеологической контрразведки, большая часть которого погибла. В 1936-1938 гг. сменилось 5 начальников СПО - 4-го отдела НКВД СССР. Были арестованы и расстреляны комиссар госбезопасности 1 ранга Я.С. Агранов (начальник 4-го отдела ГУГБ, зам. наркома НКВД), старший майор ГБ В.Е. Цесарский (начальник 4-го отдела ГУГБ в марте-мае 1938 г.), майор ГБ А.С. Журбенко (начальник 4-го отдела ГУГБ в мае-сентябре 1938 г.), заместители начальника отдела старший майор (затем комиссар ГБ 3 ранга) Б. Д. Берман, старший майор ГБ С.Г. Гендин, майор ГБ З.Н. Глебов-Юфа; застрелились комиссары ГБ 3 ранга В.М. Курский (начальник 4-го отдела ГУГБ в ноябре 1936 - апреле 1937 гг.), М.И. Литвин (начальник 4-го отдела ГУГБ в мае 1937 - январе 1938 гг.), зам. начальника отдела В.А. Каруцкий; погибло большинство других руководящих работников СО-СПО 20-х-30-х гг.

Работая все время в одном отделе, менявшем нумерацию, но все время занимавшимся борьбой с внутренней оппозицией, реальной и вымышленной, Федотов сумел не только не попасть под арест с неизбежным расстрелом, как почти все руководители СПО, но и удержаться в системе с последующим повышением.

Это удивительно еще и потому, что он участвовал в операциях, по завершении которых было нежелательно оставлять свидетелей. В качестве начальника восточного отделения 4-го отдела ГУГБ НКВД он ездил в сентябре 1937 г. в составе бригады ЦК ВКП(б) и Наркомвнудела СССР в Армению под руководством члена Политбюро, заместителя председателя СНК СССР А.И. Микояна, заведующего ОРПО ЦК ГМ. Маленкова и начальника 4-го отдела ГУГБ НКВД СССР старшего майора ГБ М.И. Литвина (в декабре 1937 г. избранного депутатом Верховного Совета от Армении).

Как через 20 лет сформулировали сотрудники Комитета партийного контроля при ЦК КПСС, Федотов и другие чекисты «активно участвовали в фальсифицировании обвинений на многих партийных и советских работников Армении, применяли к арестованным меры физического и морального воздействия». В результате погибли 1-й секретарь ЦК Армении Амаяк Аматуни, многие другие руководители республики, бывший председатель СНК Саак Тер-Габриэлян (в прошлом чекист, председатель ЧК Бакинской коммуны в 1918 г., заведующий Специальным (экономическим) отделом ВЧК в 1919 г.) во время допроса выбросился из окна (или был убит следователями); это происшествие вызвало подозрения Сталина.

В 1937-1938 гг. Федотов также вел следствие по делам бывшего полпреда СССР в Норвегии и Венгрии Александра Бекзадяна, бывшего первого секретаря ЦК КП(б) Киргизии Максима Аммосова и других крупных руководителей, расстрелянных и через 20 лет реабилитированных, что сыграло роль в последующей судьбе Петра Васильевича.

При новом наркоме Л.П. Берия (с сентября 1938 г.) сменяемость руководства 2-го отдела ГУГБ также была частой, но уже не сопровождалась репрессиями. Должность начальника отдела занимали старший майор ГБ (затем комиссар ГБ 3 ранга) Богдан Захарович Кобулов (сентябрь 1938 - июль 1939) и старший майор ГБ Иван Александрович Серов (июль-сентябрь 1939). После отъезда Серова на Украину 4 сентября 1939 г. отдел возглавил майор ГБ П.В. Федотов, в апреле этого года награжденный орденом Красного Знамени.

На декабрь 1939 г. структура 2-го (секретно-политического) отдела ГУГБ НКВД СССР включала в себя 12 отделений:

1-е - разработка троцкистов, зиновьевцев, правых оппозиционеров, мясниковцев, шляпниковцев,

исключенных из ВКП(б), закордонная работа (начальник - капитан ГБ Яков Наумович Матусов;31

2-е - разработка бывших меньшевиков, анархистов, эсеров, бундовцев, клерикалов, провокаторов, жандармов, контрразведчиков, карателей, белоказаков, монархистов;

3-е - борьба с украинской, белорусской, карело-финской националистической оппозицией;

4-е - агентурная разработка антисоветских партий дашнаков, тюркско-татарских националистов, грузинских меньшевиков, муссаватистов;

5-е - разработка литераторов, работников печати, издательств, театров, кино, деятелей культуры и искусства;

6-е - разработка и обслуживание Академии наук, научно-исследовательских институтов, научных обществ;

7-е - выявление и разработка антисоветских организаций учащейся молодежи, системы Наркомпроса, детей репрессированных;

8-е - обслуживание системы Наркомздрава и его учебных заведений;

9-е - обслуживание системы Наркомюста, Верховного суда, Прокуратуры, Наркомсобеса и их учебных заведений;

10-е - борьба с церковно-сектантской контрреволюцией;

11-е - обслуживание системы физкультурных организаций, добровольных обществ, клубов, спортивных издательств;

12-е - обслуживание Осоавиахима, милиции, пожарной охраны, военкоматов, начсостава запаса.

Федотов возглавлял СПО до февраля 1941 г., когда при образовании НКГБ Секретно-политический отдел упраздненного ГУГБ НКВД СССР вошел в состав вновь созданного наркомата в качестве 3-го (секретно-политического) управления. Начальником управления был назначен комиссар ГБ 3 ранга Соломон Рафаилович Мильштейн, ранее возглавлявший Главное транспортное управление НКВД (уже 11 марта 1941 г. его сменил зам. начальника управления Николай Дмитриевич Горлинский).

Будучи хорошим специалистом, Федотов по совместительству с марта 1939 г. был председателем предметно-методической комиссии и лектором Высшей школы НКВД СССР по агентурно-оперативной работе.

В этот период он был награжден орденом «Знак Почета» (апрель 1940 г. вместе с группой чекистов «за выполнение заданий правительства по охране госбезопасности») и медалью «XX лет РККА» (1938 - первой из 6 медалей, полученных им за службу).

26 сентября 1940 г., оставаясь начальником 2-го отдела, комиссар ГБ 3 ранга (с марта 1940 г.) Федотов возглавил контрразведку - 3-й отдел ГУГБ НКВД СССР. С этого началось объединение контрразведки общей и секретно-политической, которое затем проводилось еще раз в 1943 году.

Федотов после реорганизации с 25 февраля 1941 г. становится начальником 2-го Управления НКГБ СССР (КРУ), одновременно, с апреля того же года, входит в Центральную наградную комиссию НКГБ СССР.

Его заместителями были назначены Т.Н. Корниенко, Л.И. Новобратский, Л.Е. Влодзимирский, Н.Д. Горлинский, Т.М. Борщев. После объединения НКГБ и НКВД 31 июля 1941 г. контрразведка стала именоваться 2-м управлением НКВД. Начальником контрразведки в течение всей войны был П.В. Федотов, его первым заместителем - Леонид Федорович Райхман (в июле 1945 г. обоим было присвоено воинское звание «генерал-лейтенант»), В случае падения столицы Федотов должен был остаться на нелегальном положении в Москве и координировать работу всех 36 диверсионно-разведывательных групп, организованных чекистами для подпольной работы против фашистов. Эти группы насчитывали 243 человека, из

них 78 - готовили для выполнения актов индивидуального террора и 32 - для диверсий.

Представление о задачах советской контрразведки во время войны дает структура 2-го управления НКВД СССР (май 1942 г., 227 сотрудников по штату):

руководство (начальник и его заместители);

секретариат;

оперативно-учетная группа.

1-й отдел (начальник П.П. Тимофеев) :

1-е отделение (очистка освобождаемых от немецко-фашистских захватчиков городов и районов от нацистской агентуры и организация собственной агентурной работы в этих районах), начальник М.В. Подольский (33);

2-е отделение (учет и разработка нацистских разведорганов и осуществление контрразведывательных комбинаций);

3-е отделение (выявление, разработка и ликвидация агентуры разведорганов противника в г. Москве);

4-е отделение (агентурно-оперативная работа в лагерях военнопленных и интернированных; наблюдение за разработками местных органов НКВД);

5-е отделение (учет и оперативный розыск агентуры противника, предателей и пособников немецко-фашистских оккупантов);

6-е отделение (следственное);

2-й отдел:

1-е отделение (японская линия);

2-е отделение (китайская и монгольская линии);

3-е отделение (следственное);

3-й отдел:

1-е отделение (английское);

2-е отделение (американское);

3-е отделение (Турция, Иран, Афганистан);

следственная группа;

4-й отдел:

1-е отделение (польское, чешское, югославское, греческое, шведское и норвежское посольства и миссии, колонии, военные миссии и атташат);

2-е отделение (организация работы по линии польских нелегальных организаций в генерал-губернаторстве, польская ссылка и лагеря, польские колонии);

3-е отделение (следственное);

4-е отделение (представительство свободной Франции и испанская эмиграция);

5-е отделение (работа по закордону);

5-й отдел (специальные мероприятия);

1-е отделение;

2-е отделение;

Группа наружного наблюдения и установки;

Группа по обслуживанию ИККИ;

6-й отдел (охрана дипломатического корпуса):

1-е отделение (охрана дипломатических представительств - Англии, США, Японии и Швеции);

2-е отделение (охрана дипломатических представительств - Болгарии, Турции, Ирана, Афганистана, Китая, Югославии, Польши, Чехословакии, полпредств Монголии и Тувы; эпизодическая охрана иностранных правительственных делегаций и наружное наблюдение за посетителями иностранных посольств);

3-е отделение (наружное наблюдение за сотрудниками посольств Англии, Америки, Швеции, Польши и Чехословакии);

4-е отделение (наружное наблюдение за сотрудниками посольств Японии, Турции, Ирана, Китая, Югославии, Монголии, Тувы);

5-е отделение (хозяйственно-финансовое; автоколонна);

Аппарат офицеров связи при командовании польской армии (Г.С. Жуков).

Аппарат офицеров связи при командовании чешской бригады.

Во время битвы за Москву, когда существовала угроза захвата советской столицы немцами, Федотов готовился остаться в окулированном городе в качестве руководителя подполья (это известно из воспоминаний П.А. Судоплатова). Тогда же сотрудники КРО УНКВД по Московской области под руководством СМ. Федосеева выявляли и обезвреживали немецких парашютистов.

В период наступления Красной Армии перед контрразведкой были поставлены новые задачи. На освобожденных территориях немецкие спецслужбы оставляли агентов и диверсантов, которых необходимо было выявлять и обезвреживать; также выявлять и передавать в руки правосудия гражданских лиц, сотрудничавших с оккупационными властями. Специальным оперативным группам предварительно поступала информация о действовавших в этих районах немецких разведывательных и карательных органах. Группы вступали в освобождаемые районы вместе с передовыми частями армии и не давали возможности агентам и изменникам скрыться.

Действенным направлением военной контрразведывательной работы являлись радиоигры (например, «Находка»). Они позволяли внедрять агентов в немецкие разведорганы и выводить в советский тыл разведчиков противника, которые немедленно обезвреживались. Для дезинформации командования вермахта использовались захваченные контрразведкой немецкие агенты с рациями. Радиограммы с дезинформацией, согласованной с советским военным командованием, передавались самими агентами под диктовку контрразведчиков или от имени агентов.

Об игре «Находка» расскажем подробнее. Эта оперативная радиоигра контрразведки УНКВД Московской области с абвером проходила в 1943 году. 10 февраля в Московское областное управление НКВД поступило сообщение о высадке в Волоколамском районе трех неизвестных парашютистов. Оперативная группа взяла под контроль близлежащие шоссе и проселочные дороги, задействовала истребительные отряды. В ходе поисковых мероприятий был задержан некто Григорьев, в форме младшего лейтенанта Красной Армии. При нем были обнаружили радиостанция и крупная сумма денег. Старший следователь П. Борисенков установил личность задержанного. Григорьев оказался бывшим советским военнослужащим, в августе 1941 г. попавшим в окружение и затем переправленным в Смоленский лагерь военнопленных. Абвер завербовал Григорьева и направил на обучение в свои школы - Борисовскую и Катынскую. В немецкой разведке прошедший курс спецподготовки агент-радист значился «Гайдаровым». Ему была выдана форма младшего лейтенанта Красной Армии, фиктивные документы, рация и деньги для выполнения задания. Германскую разведку интересовали сведения о положении на транспортных путях Москва-Ржев. Григорьева и еще двух агентов сбросили на парашютах с целью получения этой информации.

Контрразведчики Московского областного УНКВД решили перевербовать прибывших курьеров для проведения оперативной игры с абвером. Руководили операцией «Находка» начальник КРО УНКВД подполковник С. Федосеев, начальник УНКВД Московской области М. И. Журавлев. Григорьев согласился на сотрудничество, второго курьера контрразведчики решили не вербовать, взяв его под наблюдение. Поиски третьего агента оказались безрезультатными.

13 февраля в установленное время Григорьев вышел на связь с абвером и доложил о своем благополучном прибытии. Немецкая разведка подвергла со-

мнению факт деятельности агента не под контролем НКВД. Поэтому некоторая доля правдивой информации в сведениях, поступавших от Григорьева, была необходима.

Разработкой операции «Находка» на следующем этапе занялись начальник направления в Оперативном управлении Генштаба генерал С.М. Штеменко и заместитель Федотова комиссар ГБ Л.Ф. Райхман.

Помимо дезинформации противника перед советскими контрразведчиками стояла задача создания условий для дополнительного канала связи. Контакты второго агента с абвером не пресекались, но сведения, поступавшие от него в немецкий разведцентр, тщательно обрабатывались сотрудниками «Смерш».

С 23 февраля была налажена регулярная связь с немецкой разведкой. От двух агентов поступала дезинформация о состоянии противовоздушной обороны, движении грузопотоков на железнодорожных и шоссейных направлениях, изменениях в военных гарнизонах. Особое значение противник придавал метеосводкам. 13 марта абвер наградил «своих» сотрудников, находящихся в Московской области, орденами «За храбрость» 2-го класса. Поздравительная шифрограмма поступила 26 марта. Но срок «действия» фиктивных документов Григорьева и его напарника истекал; способа, кроме как по рации, поддерживать связь с германской разведкой не было; продовольствие, выданное на время пребывания в СССР, заканчивалось. В абвер направлялись просьбы «агентов» решить эти вопросы. По рекомендации органов госбезопасности СССР было отклонено предложение о присылке немецкого самолета со всем необходимым. Вариант прибытия курьера к радистам рассматривался как наиболее приемлемый.

О начале нового этапа операции «Находка» руководство военной контрразведки доложило И.В. Сталину. Сталин счел немедленный захват прибывшего

курьера абвера «Антонова» малооправданным риском. В целях безопасности Григорьев попросил «Антонова» лично направить в германский разведцентр радиограмму об успешном прибытии на место. Курьера арестовали на последнем пункте его следования через фронтовую полосу.

Дальнейшим развитием радиоигры «Находка» занимался уже «Смерш». Результатом этой длившейся два года операции было не только продвижение направленной дезинформации в немецкие штабы, но и задержание семи агентов абвера.

В Вологодской области в 1943-1944 гг. проводилась радиоигра «Подрывники», в ходе которой было выведено на советскую территорию 22 агента германской разведки. Благодаря радиоиграм было арестовано около 400 агентов и сотрудников немецких разведорганов. Всего же органы контрразведки за годы войны задержали более 30 тыс. немецких разведчиков, около 3,5 тыс. диверсантов и свыше 6 тыс. террористов, в том числе в 1941 г. - свыше 4 тыс., в 1942 г. - около 7 тыс., в 1943 г. - свыше 20 тыс.

Сотрудники контрразведки занимались также борьбой с бандеровцами на Украине и «лесными братьями» в Прибалтике, обеспечивали режим секретности на предприятиях оборонной промышленности.

Важную роль сыграли контрразведчики и в срыве планов немецкой разведки по организации покушения на «Большую тройку» - Сталина, Рузвельта и Черчилля во время их встреч в Тегеране и Ялте. За успешную работу П.В. Федотов (во время встречи Сталина, Рузвельта и Черчилля в Ялте с 8 января 1945 г. был помощником начальника охраны объектов спецназначения в Крыму С.Н. Круглова по опер-работе на время «особого периода» - в этом факте прослеживается руководящая роль НКВД в период руководства Берии в тандеме наркоматов внутрен-

них дел и госбезопасности) был награжден орденами Кутузова 1-й степени и Красного Знамени.

Осуществлялись оперативные действия и против разведок союзных стран. В 1942 г. был взят в разработку руководитель военной миссии США в Москве Файмонвилл. С помощью вошедшего в его окружение агента удалось выяснить связи Файмонвилла и снабжать его дезинформацией.

Через 5 месяцев после Победы, 30 октября 1945 г. был издан циркуляр НКГБ «О работе английской разведки против СССР». Тогда же был скомпрометирован в результате операции контрразведки помощник канадского военного атташе полковник Окулич.

За время войны Федотов был награжден 2 орденами Ленина (1943, 1945), 2 орденами Красного Знамени (1944, 1945), орденами Красной Звезды и Кутузова 1-й степени (1945), знаком «Заслуженный работник НКВД» (1942). В 1943 г. был произведен в комиссары ГБ 2 ранга, 9 июля 1945 г. получил звание генерал-лейтенанта.

Федотов с 23 января 1946 г. входил в состав Комиссии по руководству работой по подготовке Международного военного трибунала над японскими военными преступниками в Токио.

Наряду с работой по реальному обеспечению безопасности государства под руководством Федотова проводились мероприятия, возможно, задуманные с хорошими намерениями, но на практике явно нарушавшие законность. Такова была операция «Ложный закордон» («ЛЗ», «Мельница»), разработанная и проведенная Федотовым. Впервые о ней стало известно в 1990 г. из опубликованной в журнале «Известия ЦК КПСС» справке Комитета партийного контроля при ЦК партии.

Операция заключалась в следующем. Еще с 1941 г. действовал организованный сотрудниками УНКВД по Хабаровскому краю (начальник управления комиссар ГБ 2 ранга С.А. Гоглидзе) в 50-ти километрах

от Хабаровска рядом с маньчжурской границей «ложный закордон». Чекисты вербовали на советской пограничной заставе подозревавшихся в шпионаже местных жителей и якобы «переправляли» их через «границу» для разведывательной работы. Люди попадали на «маньчжурский пограничный полицейский пост» и оттуда - в «уездную японскую военную миссию». Там «белоэмигранты» в форме японской жандармерии (на самом деле бывшие сотрудники УНКВД Хабаровского края, ранее осужденные за нарушения социалистической законности на различные сроки заключения), пытали подозреваемых, выбивая из них признания в работе на НКВД. В роли начальника «уездной японской военной миссии» выступал японец Тамито, бывший агент разведки Квантунской армии, арестованный советскими пограничниками в 1937 г. и приговоренный в 1940 г. к расстрелу (замененному 10-ю годами тюрьмы). Эту ситуацию сотрудники КПК, расследовавшие дело в конце 50-х, определили так: «...будучи осужден советским судом за японский шпионаж, был послан на ложный закордон, где учинял допросы советским гражданам».

В итоге некоторые «шпионы» после пыток соглашались на сотрудничество с «японцами», после чего их переправляли на советскую территорию, где арестовывали уже как «японских шпионов». «Ложный закордон» просуществовал до конца 1949 года. Многие из побывавших там 148 человек были осуждены к различным срокам заключения (несколько человек расстреляли).

По материалам раследования КПК, Федотов позднее был признан едва ли не главным виновником. Из постановления Секретариата ЦК КПСС по делу «Ложного закордона»: «Федотов ...лично руководил работой "Мельницы", докладывал о ней Берии и Меркулову, выполнял их поручения по применению "ЛЗ" в отношении ряда советских граждан. Вся переписка и отчеты Хабаровского Управления НКВД с Центром

о работе "Мельницы" адресовались только на имя Федотова, минуя канцелярию. Ни одно мероприятие, связанное с использованием "ЛЗ" не проводилось без его санкции. Федотов лично настаивал перед бывшим руководством НКВД СССР о применении расстрела к ряду невиновных советских граждан».

Схожий характер имеют и показания арестованного в 1951 г. полковника Григория Майрановского, бывшего сотрудника лаборатории отдела оперативной техники МГБ СССР:

«В течение 1941-1943 гг. мною была разработана проблема по выявлению "откровенности" у подследственных лиц (заметим, о неудачно завершившихся изысканиях он предпочитает не упоминать -Авт.). Осуществление этой разработки было основано на теории физиологии И.П. Павлова о сущности процессов мышления, происходящих в центральной нервной системе (головного мозга), а именно - процессах возбуждения, торможения, которые в здоровом организме взаимно (диалектически) уравновешиваются.

Исходя из этого, мною был применен ряд препаратов, воздействующих то на тормозную деятельность, то на область возбуждения коры головного мозга, с подавлением и преобладанием то в одной, то в другой стороне процессов.

Эта работа бывшим тогда наркомом государственной безопасности В.Н. Меркуловым была поручена для проверки бывшему начальнику 2-го Главного управления МГБ СССР П.В. Федотову. Предложенная методика была проведена с моим участием на ряде подследственных лиц».

В марте 1946 г. после преобразования наркоматов в министерства генерал Федотов был утвержден начальником 2-го управления (с мая того же года -2-го Главного управления) МГБ, но уже 7 сентября 1946 г. освобожден от этой должности. В тот же день

он был назначен заместителем министра и (по совместительству) начальником ПГУ (внешняя разведка) МГБ СССР (в оперативной переписке с резидентурами пользовался псевдонимом «Арнольдов»).

После объединения внешней и военной разведок Федотов 30 мая 1947 г. становится заместителем председателя Комитета информации при Совете Министров СССР, одновременно с 25 июня того же года - председателем Бюро по въездам и выездам из СССР при СМ СССР.

Комитет информации при Совете Министров СССР (Комитет № 4) был создан постановлением Совета Министров СССР №1789-470сс от 30 мая 1947 г. В новую структуру вошли: Первое главное управление МГБ, ГРУ Генштаба Министерства вооруженных сил, а также разведывательные и информационные структуры ЦК ВКП(б), МИД и Министерства внешней торговли. Личный состав всех этих служб был сведен в единый аппарат, размещенный возле ВДНХ в зданиях, где когда-то работал Исполком Коминтерна.

Первым председателем КИ стал член Политбюро ЦК ВКП (б), заместитель председателя Совета министров, министр иностранных дел СССР В.М. Молотов (в записке Сталину в сентябре 1947 г. он предлагал в качестве задач КИ «срывать маски с антисоветской деятельности иностранных кругов, влиять на общественное мнение в других странах, компрометировать антисоветски настроенных политиков в иностранных правительствах»). Однако поскольку Молотов не был профессиональным разведчиком, то непосредственным руководителем КИ являлся его первый заместитель (с 30 мая 1947 по 24 августа 1949 г.) генерал-лейтенант Петр Васильевич Федотов. Первыми заместителями председателя по линии военной разведки были контр-адмирал Константин Константинович Родионов и генерал-полковник Федор Федотович Кузнецов.

Заместителями председателя были в разное время чекисты-разведчики: генерал-майор Павел Михайлович Журавлев, полковник Сергей Михайлович Федосеев, полковник Александр Михайлович Коротков, полковник Андрей Иванович Раина, генерал-майор Василий Михайлович Зарубин, военный разведчик генерал-лейтенант Леонтий Васильевич Онянов.

В структуру КИ входили следующие оперативные управления:

1-е управление - Англо-американское;

2-е управление - Европейское;

3-е управление - Ближнего и Дальнего Востока;

4-е управление - нелегальной разведки;

5-е управление - научно-технической разведки;

7-е управление - шифровальное;

Управление советников в странах народной демократии.

Помимо управлений в КИ было два самостоятельных направления: «ЕМ» (эмиграция) и «СК» (советские колонии за рубежом), и шесть функциональных отделов (оперативной техники, связи и т. д.).

Для руководства разведаппаратами за рубежом в КИ был введен так называемый институт Главных резидентов, в который, как правило, назначались послы или посланники. Первым таким Главным резидентом стал бывший сотрудник ИНО НКВД Александр Семенович Панюшкин. С ноября 1947 по июнь 1952 г. он был послом в США, являясь одновременно Главным резидентом внешней разведки в этой стране. Но если Панюшкин, как профессионал, соответствовал новой должности, то многие другие послы были просто некомпетентны в разведывательной работе. В результате резиденты внешней и военной разведок шли на многочисленные уловки, чтобы не информировать послов о проводимой ими работе. Кроме того, создание КИ увеличило поток бюрократических бумаг, что затрудняло процесс принятия решений. Таким образом, КИ оказался весьма неэффективной структурой.

Разумеется, такое положение не устраивало Генеральный штаб, который утверждал, что военной разведке в КИ отведено подчиненное положение. В результате, в конце 1948 г. министру вооруженных сил СССР Н.А. Булганину после продолжительных споров с В.М. Молотовым удалось вернуть военную разведку в состав Генерального штаба.

В том же 1948 г. в состав МГБ перешли Управление советников в странах народной демократии и службы «ЕМ» и «СК». На их основе 17 октября 1949 г. приказом МГБ СССР № 00333 было создано 1-е управление МГБ, на которое возлагались задачи по управлению внешней контрразведкой. Основными из этих задач были:

- контрразведывательное обеспечение совколоний;

- выявление и пресечение подрывной деятельности контрразведывательных органов капиталистических стран и эмигрантских центров, направленной против СССР.

Начальником 1-го управления 17 октября 1949 г. был назначен Георгий Валентинович Утехин, которого 4 января 1951 г. сменил Сергей Николаевич Карташов. Для выполнения поставленных перед ним задач 1-е управление имело собственные резидентуры в советских представительствах за рубежом.

Что касается КИ, то в феврале 1949 г. его статус был изменен - его передали из Совета Министров СССР в ведение МИДа. Согласно приказу, «Комитет информации не становится частью Министерства иностранных дел ни административно, ни финансово, ни организационно, оставаясь независимым учреждением. Комитет информации является секретной организацией и финансируется из специальных фондов Совета Министров СССР». В ведении КИ оставалась политическая, экономическая и научно-

техническая разведка. Новым председателем КИ после ухода В. Молотова с поста министра иностранных дел с 4 марта 1949 г. стал его преемник в МИД А.Я. Вышинский, а его сменил первый заместитель министра В.А. Зорин. Как и при В. Молотове, практическое руководство работой КИ осуществлял первый заместитель А. Вышинского генерал-лейтенант Сергей Романович Савченко34 (с 24 августа 1949 по 2 ноября 1951 г.). Структура Комитета информации при МИД СССР включала в себя:

1-е управление (англо-американское) - полковники К.М. Кукин, А.И. Раина;

2-е управление (европейское) - полковник И.И. Агаянц;

3-е управление (ближне - и дальневосточное) -полковник A.M. Отрощенко;

4-е управление (нелегальной разведки) - полковник A.M. Коротков, А.А. Крохин;

5-е управление (разведывательной информации);

Отдел НТР - полковник Л.Р. Квасников;

Отдел «Д» - полковник А.Г. Граур;

Отдел шифросвязи;

Отдел радиосвязи;

Отдел оперативной техники;

Отдел безопасности совколоний.

Но дни КИ, как органа внешней разведки, были сочтены. 2 ноября 1951 г. во избежание ненужного параллелизма загранаппараты КИ и 1-го управления МГБ были объединены. Оставшийся после этого так называемый «маленький» Комитет информации при МИД СССР просуществовал до 1958 г., когда, утратив функции спецслужбы, был преобразован в Управление внешнеполитической информации (уже не «при», а в структуре МИД). Часть функций КИ перешла в Отдел информации ЦК КПСС (существовавший до 1959 г., его заведующим был Георгий Максимович Пушкин). Впрочем, дезинформация оставалась в ведении КИ (2-я служба или служба «Д», в ПГУ отдел дезинформации был образован в январе 1959 г. во главе с И.И. Агаянцем).

Федотов, пониженный в должности, оставался зампредом КИ до 1952 г. будучи по совместительству с мая 1949 г. членом Комиссии по выездам за границу при ЦК ВКП(б).

Служебная деятельность Федотова получала следующие оценки (из аттестации 1951 г.):

«...Приложил много усилий в деле укрепления заграничного разведаппарата, в частности в деле подбора и пополнения его соответствующими работниками, а также по отработке практических задач по организации разведработы в каждой отдельной стране. Провел целый ряд мероприятий, направленных на укрепление центрального аппарата и улучшение его работы».

В феврале 1952 г. Комитет информации был упразднен, а Федотову, 6 февраля 1952 г. освобожденному от всех должностей, выведенному за штат и направленному в распоряжении УК МГБ СССР, в течение года пришлось ждать нового назначения.

Смерть Сталина вызвала большие перемены, в том числе и в органах госбезопасности. Уже 5 марта на совместном заседании ЦК КПСС, Совет Министров и Президиума Верховного Совета СССР было принято решение об объединении МГБ и МВД СССР в единое ведомство во главе с Берией. 11 марта 1953 г. постановлением СМ СССР были назначены первые заместители министра МВД. Ими стали: член ЦК КПСС бывший министр МВД генерал-полковник Сергей Никифорович Круглов, кандидаты в члены ЦК партии генерал-полковник Богдан Захарович Кобулов и бывший первый заместитель Круглова в МВД генерал-полковник Иван Александрович Серов, заместитель по войскам - кандидат в члены ЦК КПСС генерал армии Иван Иванович Масленников.

Все это были близкие сотрудники Берии (особенно Кобулов).

Приказом МВД СССР № 002 от 14 марта 1953 г. была утверждена структура МВД. Согласно ей, были образованы 1-е Главное управление - контрразведывательное, во главе с П.В. Федотовым; внешняя разведка вошла в МВД как 2-е Главное управление, ее начальником был назначен генерал-лейтенант B.C. Рясной; 3-е управление (военной контрразведки) возглавил Гоглидзе, 4-е (секретно-политическое) -бывший помощник Берии по Совету Министров генерал-лейтенант Н.С. Сазыкин, 5-е - экономическое -генерал-лейтенант Н.Д. Горлинский 6-е - транспортное - генерал-майор П.П. Лорент, 7-е - наружное наблюдение - генерал-майор М.И. Никольский, 9-е -охраны правительства - генерал-майор С.Ф. Кузьмичев, котрольную инспекцию по проверке исполнения приказов министра - генерал-лейтенант Л.Ф. Райхман, 10-е - управление коменданта Кремля - генерал-лейтенант Н.К.Спиридонов, следчасть-генерал-лейтенант Л.Е. Влодзимирский, отдел «П» (спецпоселений) - полковник В.И. Алидин. Было образовано 7 спецотделов: учетно-архивный, секретной техники, изготовления документов, радиоконтрразведки, изготовления опертехники, перлюстрации, гохрана. Их начальниками, соответственно, стали полковники А.С. Кузнецов, Н.А. Карасев, генерал-лейтенант С.С. Бельченко, полковник Л.Н. Никитин, генерал-майор В.А. Кравченко, генерал-лейтенант А.И. Воронин, полковник Н.Я. Баулин. Отдел «М» (мобилизационный) возглавил генерал-лейтенант Н.И. Яценко, а отдел «С» (спецсвязи) - полковник П.Н. Воронин. Войсковые управления возглавили: погранвойск - генерал-майор П.И. Зырянов, внутренней охраны - генерал-лейтенант Т.Ф. Филиппов, конвойной охраны -генерал-лейтенант А.С. Сироткин, военного снабжения - генерал-майор Я.Ф. Горностаев, военно-строительное - инженер-полковник П.Н. Соколов, службы МПВО - генерал-лейтенант И.С. Шередега. Главным милиционером стал один из бывших заместителей Игнатьева, генерал-лейтенант Стаханов, главным архивистом - генерал-майор В.А. Стыров, главным кадровиком - генерал-лейтенант Обручников, главным пожарным - генерал-майор Ф.П.Петровский, главным тюремщиком - полковник М.В. Кузнецов. Отделом по контролю и инспектированию военизированной охраны руководил генерал-майор Г.П. Добрынин, ХОЗУ - генерал-лейтенант М.И. Журавлев. Вернулось на Лубянку со Старой площади бывшее ГУСС при ЦК КПСС, ставшее теперь 8-м, шифровальным, управлением, вместе со своим прежним начальником полковником И.Савченко. Секретариат МВД возглавил генерал-лейтенант С.С. Мамулов, секретариат ОСО - генерал-майор В.В. Иванов, оба старые помощники Берии. В Коллегию, кроме заместителей, вошли Федотов, Рясной, Гоглидзе, Сазыкин, Стаханов, Обручников, Мамулов. После Берии, лично курировавшего 3-е, 8-е, 9-е и 10-е управления, следчасть, управление кадров, Контрольную инспекцию, Секретариаты МВД и ОСО, вторым человеком, первым среди 1-х заместителей, был Кобулов, курировавший 1-й и 2-й главки, 7-е управление и первые 6 спецотделов. Остальные замы распределили между собой 4-е, 5-е управления, отделы «М», «П», «С», 7-й спецотдел, Центральное архивное управление и все хозяйственные подразделения (Круглое), 6-е управление, главные управления милиции и пожарной охраны, управление службы местной противовоздушной обороны, тюремное управление и отдел по контролю и инспектированию ВОХР (Серов). Войсками занимался Масленников.

Новый министр быстро освободился от производственно-хозяйственных структур, передав их различным промышленным министерствам, и от тюрем с лагерями, отдав их Минюсту, кроме тех, где сидели «государственные преступники». А вместо этого в состав

МВД перешли до этого самостоятельные главки геодезии и картографии (впрочем, в 30-40-е годы входившие в НКВД) и по охране государственных тайн в печати, в просторечии Главлит, который, кроме Наркомпроса, никуда не входил. Фактический контроль ГБ над цензурой стал теперь и формальным. Возглавили новые структуры, соответственно, А.Н. Баранов и К.К. Омельченко, курировать новые главки было поручено Круглову.

Стоит отметить, что генералы Райхман и Кузьмичев были освобождены из заключения.

После смерти Сталина и ликвидации МГБ контрразведка в объединенном МВД СССР была сосредоточена в 1-м Главном управлении. Начальником его по инициативе Берия стал генерал-лейтенант Петр Васильевич Федотов (его вторичное назначение -единственный случай в истории русской контрразведки). Его заместителями стали освобожденные из-под ареста по делу Абакумова Ф.Г. Шубняков и Е.П. Питовранов (последний спустя месяц отбыл в Берлин, назначенный руководителем представительства МВД, позднее КГБ, в ГДР).

29 апреля на основе бывшего Бюро № 2 МГБ (разведка и диверсии) в составе контрразведки была создана Специальная оперативная группа при 1 -м Главном управлении МВД, в задачи которой входил розыск заброшенных в СССР агентов-парашютистов. Ее начальником стал Герой Советского Союза полковник Михаил Сидорович Прудников. Через две недели эта новая структура была преобразована в 11-й отдел того же 1-го главка.

В июне 1953 г., в составе опергруппы МВД во главе с начальником 3-го управления (военной контрразведки) МВД генерал-полковником С.А. Гоглидзе в ГДР побывал и Федотов35 (это было связано с народными волнениями, переросшими в воооруженный мятеж).

Несмотря на все перемены, связанные с политической конъюнктурой, контрразведка занималась борьбой с реальным противником. Проводились удачные операции. Так, осенью 1953 г. была сорвана попытка сотрудников аппарата военного и военно-морского атташе США собрать военную информацию на Дальнем Востоке. В отсутствие американцев контрразведчики в гостинице, где иностранцы остановились, засветили тайно снятые ими фотопленки. И это была не единственная успешная операция советской контрразведки в тот сложный период.

В тот период ЦРУ и СИС применяли метод массовой заброски нелегалов для сбора сведений о военных базах, аэродромах, военных заводах, вербовки советских граждан, представлявших оперативный интерес для иностранных разведок.

В Белоруссии тогда же арестованы парашютисты - агенты ЦРУ М.П. Артюшевский, Г.А. Костюк, Т.А. Остриков и М.С. Кальницкий. В апреле 1953 г. в Краснодарском крае был арестован М.П. Кудрявцев, за помощь следствию амнистированный.

27 апреля 1953 г. на Украине в районе Белой Церкви, поймали двоих парашютистов - В. Васильченко (он же А. Лахно) и Л. Матковского (он же А. Маков). Оба оказались членами НТС. По их показаниям были задержаны еще двое НТС-овцев - «Джон» (С. Горбунов) и «Дик» (Сергей Ремига). При них обнаружили оружие, яды, рации, листовки, фальшивые деньги. Сотрудничавшие с немцами во время оккупации, эти агенты также были завербованы в Германии в лагерях для перемещенных лиц и заброшены с самолета, вылетевшего из Афин. Их приговорили к расстрелу.

В том же году были заброшены в Белоруссию с базы в ФРГ члены НТС - К. Хмельницкий, Н. Якута и Новиков, добровольно явившиеся с повинной и амнистированные.

После реорганизации МВД и образования КГБ при Совете Министров СССР контрразведка была переименована во 2-е Главное управление КГБ (ВГУ). До апреля 1956 г. им руководил П.В. Федотов, состоявший членом КГБ (так до 1959 г. называлась Коллегия). Федотов смог избежать репрессий по обвинению в близости к Берия, возможно, благодаря хорошим отношениям с Молотовым (как полагают первые биографы генерала).36

Его карьера закончилась в 1956 году. В апреле он был снят с должности, в мае получил назначение на пост заместителя начальника и главного редактора Редакционно-издательского отдела Высшей школы КГБ при СМ СССР. Какое-то время Федотова прикрывал председатель КГБ Серов, дружественно с нему относившийся. После его перевода в ГРУ Федотов 27 февраля 1959 г. был освобожден от должности, 22 марта уволен в запас Советской Армии по ст. 59«Д» (служебное несоответствие).

Уже 23 мая того же года «за грубые нарушения законности в период массовых репрессий» постановлением Совета Министров Федотов был лишен генеральского звания. 6 января 1960 г. решением Комитета партийного контроля при ЦК КПСС исключен из партии. Ему вспомнили участие в репрессиях 30-х-50-х, в том числе поездку в Армению в 1937 г. и «Ложный закордон».

Петр Васильевич Федотов умер в Москве 29 сентября 1963 года. Похоронен на Пятницком кладбище.