Авторы: 147 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Книги:  180 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


загрузка...

РОССИЙСКАЯ КОНТРРАЗВЕДКА МЕЖДУ ВОЙНАМИ И РЕВОЛЮЦИЯМИ

Современные историки Федеральной службы безопасности России1 ведут историю российской контрразведки с 1903 г., т. е. со времени организации «разведочного отделения при Главном штабе». Из этого факта, однако, не следует, что до начала XX века в России не было учреждений, выполнявших контрразведывательные функции. Этим в большей или меньшей степени занимались все российские спецслужбы, начиная с Приказа тайных дел в XVII веке и до Департамента полиции, одно из подразделений которого (Особый отдел) и осуществляло функции борьбы со шпионажем (как говорили в то время, «шпионством»). Контрразведкой также занимались военное ведомство (Военно-ученый комитет Главного штаба), Отдельный корпус пограничной стражи и таможенный департамент Министерства финансов, Министерство иностранных дел. В июле 1882 г. на совещании в Главном штабе с участием представителей МВД, МИД и Министерства финансов было признано необходимым «учредить постоянный полицейский надзор за военными и консульскими агентами с целью выяснения лиц, с которыми они находятся в постоянных сношениях, и мер, ими принимаемых для сбора секретных сведений». Но такие меры приняты не были.

В июне 1903 г. - в структуре Главного управления Главного штаба российской армии, по предложению военного министра генерала от инфантерии Алексея Николаевича Куропаткина, высказанного в докладе императору Николаю II, был создан специальный орган контрразведки - разведочное отделение ГУ ГШ. Начальником был назначен ротмистр Отдельного корпуса жандармов (ОКЖ) Владимир Николаевич Лавров, возглавлявший ранее охранное отделение в Тифлисе. Сотрудники разведочного отделения ГУ ГШ установили слежку за военными атташе в Петербурге: Австро-Венгрии - князем Гогенлоэ-Шиллингфюрстом, Германии - Лютвицем, Японии - Акаши, и их информаторами - чиновником Департамента торговли Васильевым и двумя военными интендантами -действительным статским советником Есиповым и ротмистром Ивковым. Во время войны с Японией сотрудники Лаврова в ходе наблюдения за английским военным агентом полковником Непиром установили его связи со служащими морского ведомства, передававшими английской разведке военные сведения (а о японском шпионаже читатели тогда же узнали из рассказа А.И. Куприна «Штабс-капитан Рыбников»). В 1910 г. в результате проведенной операции был выслан из России военный агент Австро-Венгрии Спанноки.

Отделение было засекреченным, и о его работе мало кому было известно. В дальнейшем оно было преобразовано в Санкт-Петербургское городское контрразведывательное отделение во главе с полковником ОКЖ Василием Андреевичем Ерандаковым, который сменил полковника Лаврова в 1910 г. (с 1911 г. Лавров, выйдя в отставку и поселившись

во Франции, руководил первой организацией агентурной разведки в Западной Европе - т. н. «организацией № 30», действовавшей против Германии. Аналогичной резидентурой - «организацией № 31», действовавшей против Австро-Венгрии с территории Швейцарии, руководил другой жандармский полковник Михаил Фридрихович фон Коттен. В 1917 г. уже в чине генерал-майора его убили революционные матросы в Кронштадте, где он был начальником штаба крепости). В апреле 1914 г. Санкт-Петербургское КРО было реорганизовано в КРО Главного управления Генштаба.

Параллельно в Департаменте полиции с 1904 г. действовало специальное «отделение по разведке военного шпионства» (начальник - жандармский ротмистр, впоследствии генерал-майор, Михаил Степанович Комиссаров), которое просуществовало до июня 1906 года. Комиссаров и его сотрудники, среди которых был чиновник по особым поручениям при директоре ДП Иван Федорович Манасевич-Мануйлов, также занимались вербовкой агентуры среди служащих иностранных миссий, конкурируя с разведочным отделением Лаврова и мешая друг другу.

Дальнейшие изменения в организационной структуре формировавшейся контрразведки выглядели следующим образом. В декабре 1908 г. по соглашению МВД с военным и морским министерствами была создана межведомственная комиссия по организации контрразведывательной службы. Первый ее председатель директор Департамента полиции Максимилиан Иванович Трусевич предлагал организовать контрразведку в системе МВД. Его поддержал министр внутренних дел и председатель правительства Петр Аркадьевич Столыпин. Но уже в июне 1910 г. новый глава комиссии -товарищ министра внутренних дел, командир Отдельного корпуса жандармов генерал-лейтенант Павел Григорьевич Курлов предложил реорганизовать органы

контрразведки, подчинив их военному ведомству. Этому предшествовало заседание комиссии, в котором участвовали исполняющий должность директора ДП С.П. Белецкий, исполняющий обязанности вице-директора ДП С.Е. Виссарионов, заведующий Особым отделом ДП полковник A.M. Еремин, начальник иностранной части Морского Генштаба старший лейтенант М.И. Дунин-Барковский, помощник начальника Штаба ОКЖ генерал-майор Залесский, начальник Киевского охранного отделения подполковник Н.Н. Кулябко, делопроизводитель разведывательного отделения ГУГШ полковник Н.А. Монкевиц и другие.

Сделав вывод, что «Департамент полиции не обладает специальными знаниями военной организации русской и иностранных армий....не может руководить контрразведочной службой», комиссия решила, что контрразведка должна быть «в ведении военного начальства». В июне 1911 г. в составе Особого делопроизводства Отдела генерал-квартирмейстера Главного управления Генштаба создается Регистрационное отделение. Тогда же военный министр генерал от кавалерии В.А. Сухомлинов утвердил «Положение о контрразведывательных отделениях» и «Инструкцию начальникам контрразведывательных отделений».

Для руководства созданными в крупных городах и военных округах контрразведывательными отделениями была учреждена должность помощника делопроизводителя Особого делопроизводства Отдела генерал-квартирмейстера ГУ ГШ, на которую был назначен подполковник Отдельного корпуса жандармов Владимир Михайлович Якубов. К концу 1912 г. КРО были образованы в Петербургском, Московском, Виленском, Варшавском, Киевском, Одесском, Тифлисском, Иркутском и Хабаровском военных округах.

Уже в ходе Первой мировой войны, в июне 1915 г., Верховный главнокомандующий великий князь Николай Николаевич утвердил два документа: «Наставление по контрразведке в военное время» и «Инструкция наблюдательному агенту по контрразведке».

С начала Первой мировой войны в действующей армии в составе армий и фронтов действовали контрразведывательные отделения (КРО), которые подчинялись соответственно генерал-квартирмейстерам штабов армий и разведывательным отделам генерал-квартирмейстеров штабов фронтов. Высшей структурной единицей контрразведки в действующей армии являлось КРО Ставки Верховного Главнокомандующего, находившееся в ведении генерал-квартирмейстера штаба Главковерха, низшими - контрразведывательные пункты в дивизиях и корпусах.

В центральном аппарате военного ведомства в Петрограде действовало Центральное военно-регистрационное бюро Отдела генерал-квартирмейстера Главного управления Генштаба во главе с полковником князем Василием Георгиевичем Туркестановым. Также существовали контрразведывательные отделения в военных округах. Следует отметить, что по инициативе Туркестанова и Якубова были организованы т. н. «контрразведывательные пункты» в Швеции, Дании, Голландии, Швейцарии, занимавшиеся наблюдением за резидентурами немецкой и австрийской разведок в этих странах, внедрением агентуры.

На флоте (в Российской империи военное и морское министерство были параллельными и независимыми друг от друга ведомствами) существовала еще более сложная система контрразведки. До начала войны, в мае 1914 г., из Статистической части Морского генштаба было выделено Особое делопроизводство во главе с капитаном 2 ранга М.И. Дуниным-Барковским, занимавшееся морской разведкой и контрразведкой. В марте 1916 г. были образованы подчинявшиеся Особому делопроизводству

Центральная морская регистрационная служба, начальником которой стал капитан 2 ранга В.А. Виноградов (характерно, что его помощником был назначен сухопутный офицер - подполковник А.И. Левицкий) и Морское регистрационное бюро (начальник -старший лейтенант A.M. Сыробоярский; здесь необходимо отметить, что в то время на флоте это звание, предшествовавшее званию «капитан 2 ранга», соответствовало нынешнему «капитан 2 ранга»). Регистрационная служба являлась распорядительным и координирующим органом внутренней и внешней морской контрразведки, а Регистрационное бюро рабочим органом Регистрационной службы.

Этим структурам подчинялись Особые отделения штабов флотов, созданные во время войны. Первое из них появилось на Черноморском флоте в ноябре 1915 г., т. е. вскоре после вступления России в войну с Турцией. Позднее такие же органы были учреждены в штабах Балтийского флота, флотилии Северного Ледовитого океана, в Петрограде (Петроградское морское контрразведывательное отделение, подчиненное непосредственно центральным органам морской контрразведки), в морских крепостях (например, в Выборге и Свеаборге), укрепленных позициях (в частности, в Моонзундской) и контрразведывательные пункты, такие, как Особый Мурманский, образованный в январе 1917 г. (г. Романов-на-Мурмане был основан в 1916 г.).

Основную часть кадров контрразведывательных органов армии и флота составляли офицеры Отдельного корпуса жандармов. В самый канун войны, в июле 1914 г., в штабы армий на контрразведывательную работу был направлен 21 офицер ОКЖ; в первый год войны, до сентября 1915 г., в армейские штабы было откомандировано 19, а в штабы военных округов - 9 жандармских офицеров. Среди руководителей вышеназванных структур можно назвать начальника Центрального военно-регистрационного

бюро Отдела генерал-квартирмейстера Главного управления Генштаба полковника князя В.Г. Туркестанова, начальника КРО штаба Петроградского военного округа полковника В.М. Якубова, начальника КРО штаба Западного фронта подполковника В.И. Сизых, начальника Петроградского морского КРО полковника И.С. Николаева, начальника КРО штаба Черноморского флота ротмистра А.П. Автономова, начальника Особого отделения штаба Балтфлота подполковника А.Н. Нордмана, начальника КРО штаба флотилии Северного Ледовитого океана подполковника П.В. Юдичева (в начале войны занимавшегося делами по шпионажу в Петроградском охранном отделении), начальника КРО штаба крепости и одновременно жандармской команды в Свеаборге подполковника Ф.Ф. Крушинского. В основном эти офицеры оставались в кадрах ОКЖ, хотя были случаи их перехода в военные структуры.

Контрразведывательными вопросами ведал также Департамент полиции, в частности, его Особый отдел, который во время войны возглавляли действительный статский советник М.Е. Броецкий и (с января 1917 г.) полковник И.П. Васильев, и с января 1916 г. - 9-е делопроизводство ДП (начальник - Н.В. Волчанинов), которое, кроме того, надзирало за военнопленными. Также существовала комиссия при штабе Северного фронта во главе с начальником его разведывательного отделения генерал-майором Генштаба Николаем Степановичем Батюшиным, которая в основном занималась борьбой с экономическими преступлениями в тылу, затрагивавшими интересы военного ведомства (дело банкира Д. Рубинштейна, сахарозаводчиков Бабушкина, Доброго и др.).

После Февральской революции судьба контрразведывательных структур сложилась по-разному. Подразделения Департамента полиции и Отдельного корпуса жандармов, являвшиеся главными орудиями борьбы с революционным движением, были ликвидированы вместе с самими этими органами. КРО штаба Петроградского ВО было разгромлено революционными массами во время боев на улицах столицы, а его помещение занято караульными командами Военной комиссии Временного комитета Государственной думы (начальник КРО В.М. Якубов был арестован). На флоте, в крепостях, укрепленных районах и морских базах было арестовано несколько десятков сотрудников КРО, в основном жандармов (среди них начальник Особого отделения Штаба командующего флотом Балтийского моря подполковник Корпуса гидрографов, бывший жандармский офицер А. Н. Нордман). Однако часть офицеров ОКЖ, согласно принятому Временным правительством 4 марта 1917 г. постановлению, осталась служить в военной контрразведке, в том числе упоминавшиеся Туркестанов, Сизых и Юдичев.

Были случаи перехода бывших жандармских офицеров, ранее в контрразведке не работавших, в эти структуры (например, бывший начальник ликвидированного Минского губернского жандармского управления полковник Н.Ф. Бабчинский, ставший сотрудником КРО штаба Западного фронта; в конце апреля был арестован по решению Минского совета за отказ выдать списки секретных сотрудников охранки). Известны и случаи освобождения из-под ареста и восстановления в должности (А.Н. Нордман). Подобные факты имели место на начальном этапе революции. В конце марта 1917 г. чистка контрразведки от бывших жандармов усилилась, во многом по инициативе военного министра Временного правительства А.И. Гучкова. Были арестованы начальник КРО Отдела генерал-квартирмейстер Главного управления Генштаба полковник В.А. Ерандаков, подполковник П.В. Юдичев (в Архангельске), начальник КРО штаба 13-й армии полковник Б.В. Фок (в Риге), бывшие руководители контрразведки генерал-майор Н.С. Батюшин и помощник военного прокурора

Петроградского военно-окружного суда полковник А.С. Резанов.

Контрразведывательные органы центрального аппарата военного ведомства разгрому не подверглись, поскольку их куратор генерал-квартирмейстер Генштаба генерал-майор М.И. Занкевич занял благожелательную позицию по отношению к Временному правительству. Создавались и новые органы контрразведки, например, КРО Военной комиссии Временного комитета Государственной думы (ВКГД). Контршпионажем занимались Комендантское управление и Высшая следственная комиссия ВКГД, военный комиссариат Петрограда, Министерство юстиции, а также возникавшие и столь же быстро исчезавшие многочисленные органы, такие, как, например, «Отряд для борьбы с германским шпионажем, провокаторами и контрреволюционерами». Главную роль в вопросах контрразведки на данном этапе революции играла Военная комиссия ВКГД (в ее составе было много офицеров), сумевшая установить контроль над пограничными пунктами.

В середине марта 1917 г. возобновило работу КРО штаба Петроградского военного округа; начальник отделения судебный следователь М.Н. Лебедев и его помощники были избраны на общем собрании сотрудников. Но такой взлет демократии был лишь эпизодическим, т. к. руководство ВК ВКГД (офицеры Генштаба Якубович, Туманов, Барановский) сумело убедить командующего округом генерала Л .Г. Корнилова назначить начальником КРО штаба ПВО капитана Б.В. Никитина, произведенного в подполковники (звание капитана в старой русской армии соответствовало нынешнему званию майора). В марте же 1917 г. возобновили работу Петроградское морское КРО, Центральная морская регистрационная служба и Морское регистрационное бюро, при котором была образована оперативная служба - контрразведочная команда. Контрразведывательные органы создавались также при исполкомах местных советов; например, в Свеаборге при Совете депутатов армии, флота и рабочих порта действовала т. н. «Секция охраны народной свободы».

Временным правительством были приняты следующие нормативные акты о деятельности контрразведки: «Временное положение о контрразведывательной службе во внутреннем районе» (23 апреля 1917 г.); «Временное положение о контрразведывательной службе на театре военных действий» (2 мая 1917 г.); «Инструкция по организации и осуществлению негласного наружного наблюдения за лицами, подозреваемыми в военном шпионстве» (5 мая 1917 г.); «Временное положение о правах и обязанностях чинов сухопутной и морской контрразведывательной службы по производству расследований» (17 июня 1917 г.).

Центральным органом контрразведки при Временном правительстве фактически был КРО штаба Петроградского военного округа во главе с ранее не служившим в контрразведке подполковником Борисом Владимировичем Никитиным (сыном бывшего коменданта Петропавловской крепости генерала от инфантерии В.Н. Никитина и братом фрейлины императрицы, входившей в ближайшее окружение Распутина), который вместе с подчиненными вскоре стал широко известен преследованиями большевиков и обвинениями их лидеров в шпионаже в пользу Германии. Таким образом, контрразведка выступала орудием власти в политической борьбе.

В этот период в штате КРО штаба ПВО числился 21 юрист, 180 агентов и служащих, в том числе 8 помощников начальника КРО, 6 столоначальников, шеф канцелярии и руководитель агентуры наружного наблюдения. Б.В. Никитин в начале июня был назначен генерал-квартирмейстером штаба ПВО (курировал разведку и контрразведку). В должности начальника КРО его сменил юрист A.M. Волькенштейн

 (июнь-июль 1917 г.), затем Н.Д. Миронов (июль-октябрь 1917 г.), эсер, возвратившийся из эмиграции и некоторое время руководивший контрразведывательной службой при Министерстве юстиции.

С 6 апреля 1917 г. также существовала созданная по предложению и.о. начальника штаба Верховного главнокомандующего генерала В.Н. Клембовского контрразведывательная часть при Ставке во главе с полковником Н.В. Тереховым; его заместителем был прапорщик В.Г. Орлов, бывший судебный следователь, в послереволюционный период эмигрант, известный публикациями антисоветских фальшивок (его сложную биографию подробно описал в 1998 году исследователь истории российских спецслужб генерал А.А. Зданович).

С 4 октября 1917 г. 3-м обер-квартирмейстером (по контрразведке) Отдела 2-го генерал-квартирмейстера ГУГШ был полковник Генштаба М.Ф. Раевский.

В первые месяцы после Октября в органах военной контрразведки сосуществовали кадры прежнего режима и новые, большевистские. Комиссаром КРО штаба Петроградского военного округа был назначен поручик Николай Николаевич Асмус - большевик, в прошлом рабочий, участник трех революций, призванный в армию во время войны. Петроградские контрразведчики осуществляли наблюдение за посольствами «союзных» и нейтральных стран, сотрудники которых вели работу в пользу германской разведки (например, шведские и датские дипломаты), а также за членами совместной австро-германской и турецкой военных делегаций, прибывших в Петроград для предварительного обсуждения вопросов мирных переговоров, вскоре начавшихся в Брест-Литовске.

В штабе Московского военного округа после победы Советской власти в Москве работа по контршпионажу находилась под контролем специально созданного политотдела во главе с большевиком Александром Яковлевичем Аросевым, впоследствии известным советским дипломатом и писателем (отцом переводчицы Натальи Александровны и народной артистки СССР Ольги Александровны Аросевых). Московские контрразведчики раскрыли антибольшевистский заговор в корпусе легионеров (сфомированном из поляков) генерала И.Р. Довбор-Мусницкого и в конце декабря 1917 г. произвели аресты ряда офицеров, но вооруженное антисоветское выступление корпуса предотвратить не удалось.

Предпринимались попытки создания контрразведки в системе формировавшихся органов ВЧК. В январе 1918 г. было образовано Контрразведывательное бюро ВЧК, которое возглавил бывший сотрудник царской контрразведки К.А. Шевара. В его штате насчитывалось около 35 человек. В марте 1918 г. Шевара был убит в Петрограде без суда матросами из отряда ВЧК под командованием А. Полякова, и Контрразведывательное бюро, подчинявшееся лично председателю ВЧК Ф.Э. Дзержинскому, прекратило существование (эту историю подробно описал исследователь истории российских спецслужб генерал А.А. Зданович).

В мае 1918 г. при Отделе по борьбе с контрреволюцией ВЧК было образовано отделение по борьбе со шпионажем во главе с левым эсером Яковом Григорьевичем Блюмкиным, расформированное незадолго до левоэсеровского мятежа 6 июля 1918 года.

Параллельно с чекистскими органами контрразведки с мая 1918 г. действовал Военный контроль при оперативном отделе народного комиссариата по военным и морским делам, в котором работало много бывших офицеров (начальником был эстонский большевик Макс Густавович Тракман). В сентябре 1918 г. при организации Реввоенсовета РСФСР и перестройке системы военного ведомства органы контрразведки, подчиненные Всероссийскому глав-

ному штабу и Высшему военному совету, перешли в ведение Военконтроля.

Чекисты довольно враждебно относились к военной контрразведке ввиду многочисленных случаев перехода к белогвардейцам сотрудников Военконтроля - бывших офицеров. В октябре 1918 г. в Петрограде чекистами была практически разгромлена военно-морская контрразведка, руководители которой - начальник Центральной морской регистрационной службы бывший подполковник А.И. Левицкий, его помощник старший лейтенант A.M. Сыробоярский, начальник Военно-морского контроля А.К. Абрамович были связаны с тайной организацией офицеров флотской разведки и контрразведки «ОК» (по фамилии ее руководителя лейтенанта Р. А. Окерлунда).

С 6 мая 1918 г. Окерлунд работал в контакте с британским военно-морским атташе в Петрограде капитаном (это звание соответствовало званию капитана 1 ранга в российском Военно-морском флоте) Ф. Кроми. По мнению следователя, прикомандированного к ВЧК члена ВЦИК эстонского коммуниста Виктора Эдуардовича Кингисеппа, «Регистрационная служба в совокупности с Морским контролем Генмора является филиальным отделением Английского Морского Генштаба». В докладе В. И. Ленину, Я. М. Свердлову, Л. Д. Троцкому и заместителю председателя ВЧК Я. X. Петерсу Кингисепп утверждал, что «Морская контрразведка за весь 1918 год не произвела ни одного ареста ни одного шпиона, не дала никаких сведений о противнике...» По его предложению, морская контрразведка была передана в ведение образованного в январе 1919 г. Особого отдела ВЧК. По приговору Верховного ревтрибунала в апреле 1919 г. Окерлунд и Абрамович были расстреляны за шпионаж в пользу англичан; Левицкий и Сыробоярский были заключены в концентрационный лагерь до окончания Гражданской войны.

В годы Гражданской войны функции органа контрразведки выполнял с января 1919 г. Особый отдел ВЧК, возникший после долгих ведомственных споров между ВЧК и Реввоенсоветом Республики путем слияния органов Военного контроля и армейских ЧК. Особый отдел, обладая огромными полномочиями (его первым председателем был член коллегии ВЧК Михаил Сергеевич Кедров, а с августа 1919 г. - председатель ВЧК Феликс Эдмундович Дзержинский, по совместительству), занимался всеми видами разведки и контрразведки, борьбой с контрреволюцией. Особый отдел стал основой созданного приказом ВЧК от 14 января 1921 г. Секретно-оперативного управления ВЧК, в состав которого вошли также Оперативный и Секретный отделы. Новое Управление возглавил по совместительству начальник Особого отдела (с июля 1920 г.) Вячеслав Рудольфович Менжинский.

На Особый отдел возлагалась контрразведка в Красной Армии и Рабоче-крестьянском красном флоте, оперативные действия против разведок зарубежных стран и политического бандитизма на территории Советской России. Отделом руководили: начальник - В.Р. Менжинский, заместитель - Генрих Григорьевич Ягода, помощник начальника - Артур Христианович Артузов; при Отделе состояли сотрудники для поручений Виктор Станиславович Кияковский, Игнатий Игнатьевич Сосновский, Карл Францевич Роллер; Отдел включал спецотделения: 13-е (контрразведывательная работа против Финляндии, Эстонии, Латвии, Литвы, Польши и Румынии, начальник П.В. Эйдукевич); 14-е - страны Востока (начальник М.Г. Калужский); 15-е - страны Антанты - борьба с английским, французским, американским шпионажем (начальник А.А. Щепкин), 16-е - контрразведка в Красной Армии (начальник Я. С. Агранов, впоследствии первый заместитель наркома внутренних дел СССР), 17-е - контрразведывательная работа про-

тив бывших офицеров (начальник Н.И. Калинин). Как видим, большая часть подразделений отдела была направлена на борьбу со шпионажем в чистом виде.

Коллегия ГПУ при СНК РСФСР при участии полномочных представителей ГПУ на местах на совещании 6-8 мая 1922 г. приняла решение о разделении особых отделов и образовании контрразведывательных подразделений ГПУ. 2 июля 1922 г. из Особого отдела СОУ ГПУ был выделен Контрразведывательный отдел. Впервые в истории спецслужб России контрразведка стала отдельным подразделением.

Задачами Контрразведывательного отдела являлись борьба с зарубежными разведками, белогвардейскими организациями и контрреволюционными партиями как за рубежом, так и на территории РСФСР - на промышленных предприятиях, транспорте, в государственных учреждениях, частях и соединениях армии и флота, борьба с заговорами, бандитизмом, а также незаконными переходами границы и контрабандой.

КРО возглавил Артур Артузов, успевший месяц поработать заместителем нового начальника Особого отдела ГПУ Генриха Ягоды.