Авторы: 147 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Книги:  180 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


загрузка...

АДМИНИСТРАТИВНАЯ ДЕФОРМАЦИЯ РЫНОЧНОГО РАВНОВЕСИЯ  СМЕШАННОЙ ЭКОНОМИКИ

          Уровень пересечения кривых спроса и предложения (точка Е) и определяет уровень рыночной цены (так называемой “цены равновесия”). Это - действительно равновесная, уравновешивающая спрос и предложение цена, ибо любая иная “точка” означает диспропорцию между платежеспособным спросом и соответствующим ему товарным предложением (см. график 19).

          Предположим, что цена отклонилась в пользу спроса (точка R). По этой цене число покупателей возрастает за счет тех лиц, которым была недоступна цена на уровне E. Следовательно, возрастает и величина спроса (к ОD добавится DB). Но снижение рыночной цены (с ОА до ОК) уменьшит число продавцов за счет тех из них, кому эта цена недоступна, так как не оправдывает даже затраты. В результате возросшей величине спроса (ОB) будет противостоять гораздо меньшая товарная масса (ОL). Возникает хорошо известное нам явление товарного дефицита (на нашем графике он представлен отрезком LB). Из этого

ГРАФИК 19. РАВНОВЕСНАЯ ЦЕНА. OF - “ЦЕНА РАВНОВЕСИЯ”.

следует, что всякий раз, когда хотят угодить потребителям и искусственно, - именно искусственно, директивно, ибо рынок беспристрастен, - устанавливают более низкую цену, следствием такого “благодеяния” может быть только дефицит, разорение производителей, “черный рынок” (ибо на меньшую величину предложения низкая цена приглашает большее количество покупателей), с которыми мы хорошо знакомы.   

          То же самое произойдет, если цена отклонится в пользу продавцов (точка С). В этом случае число продавцов возрастет за счет тех из них, кто имеет большие затраты. Следовательно, возрастает и величина предложения (к OD добавится DB). Но теперь повышение рыночной цены (с ОА  до OW) уменьшит число покупателей (с ОD до OL) за счет тех, кому эта цена недоступна. В результате, возросшей величине предложения (ОB) будет противостоять гораздо меньший платежеспособный спрос покупателей (ОL). Возникает теперь хорошо известное нам тоже (в результате либерализации цен) относительное перепроизводство: товары есть, но по недоступной основной массе покупателей цене. Проигрывают, кстати, и производители, ибо при всем желании покупатели не способны приобрести больше, чем “ОL”.

          Возвращению цены к равновесному уровню могут препятствовать   только два обстоятельства:

          а) монополизм продавца (или покупателя), искусственно удерживающего цену в свою пользу,

          б) административное регулирование цен (отсюда, в частности, видна ответственность государства за установление цен, приводящее, как правило, к дефициту или перепроизводству).

          Таким образом, при всем, казалось бы, необъятном диапазоне возможных цен они на классическом рынке тяготеют к равновесному уровню. 

*           *          *

          Таково общепринятое описание административной деформации рыночного равновесия и её последствий. Однако взгляд на административное вмешательство в механизм рынка с позиций предлагаемой модели смешанной экономики позволяет по-новому охарактеризовать описываемую ситуацию (см. график 20).

ГРАФИК 20. ВОЗНИКНОВЕНИЕ ГОСУДАРСТВЕННОГО

СЕКТОРА КАК РЕЗУЛЬТАТ АДМИНИСТРАТИВНОГО

          ВМЕШАТЕЛЬСТВА В ЭКОНОМИКУ.

          Назначение административно-заниженной цены спроса, согласно нашему графику, есть её перемещение в нерыночную сферу, в сектор “общественной (государственной) экономики”. При этом в противоположность узкорыночному подходу, противопоставляющему новой цене спроса  (Е1) новую цену предложения (Е2), экономический подход обнаруживает подлинную цену предложения такого занижения цены спроса (Е3).

          Следовательно, можно говорить о том, что ранее единая равновесная цена (Е) теперь “раздваивается”: низкой цене спроса (Е1) экономически соответствует не заниженная и невозможная (для производителей) "равновесная" цена предложения (Е2), а реальная высокая цена предложения (Е3). Проблема заключается в том, что в рамках общественного (государственного) сектора пытаются действовать несоответствующим его устройству рыночным механизмом. С позиций последнего рыночники справедливо указывают на то, что назначение цены спроса (Е1) заставляет снижаться и цену предложения (Е2), ибо в рамках рынка обе цены должны находиться на одном уровне (ОА1). В этом случае рынок  действительно разрушается.

          Означает ли это, что административное вмешательство в экономику всегда пагубно и рынок в своем реальном самодвижении восстановит прежнюю точку равновесия? Нет, не означает. Подлинная проблема возникает из непонимания, что прямым назначением заниженной цены административное вмешательство в экономику не исчерпывается, а только начинается.

          Государственный сектор экономики отличается двумя принципиальными особенностями - он, во-первых, всегда есть дополнение к рыночному и, во-вторых, всегда административно организуется (в отличие от рынка, возникающего стихийно в ситуации потенциально-доходного производства).

          Опишем рассматриваемую ситуацию с позиций экономики, а не только рынка. Существующая потребность удовлетворялась рынком в размере спроса (ОD) при цене ОА. В силу ряда причин общество (государство) вознамерилось увеличить размеры удовлетворения данной  потребности (с ОD до ОD1). Что же обеспечит прирост (DD1)?  

          Это можно было бы возложить на рынок, но для этого должно на соответствующий уровень возрасти само предложение (т.е. издержки производства должны снизиться настолько, чтобы “подешевевшая” линия предложения прошла через Е1). Но если бы такое произошло, то не было бы необходимости административно снижать цену спроса, - рынок справился бы с этим и сам. В том-то и дело, что необходимость в административном вмешательстве условий формирования предложения и спроса возникает в условиях именно убыточного производства.

          Итак, рыночный подход рассматривает уже следствие, а не причину, борется со следствием. Между тем в действительности общество принимает решение вовсе не о принудительном снижении рыночной цены (или - цены спроса). На самом деле, - осознаёт оно это или нет, фактически принимается решение об увеличении удовлетворяемой за счет общественных средств и в рамках общественного сектора доли данной потребности. А  в этом аспекте картина выглядит уже иначе.

          Итак, государство полагает, что удовлетворение данной потребности только рынком (то есть в размере "спроса") недостаточно для реализации общественных интересов и решает увеличить удовлетворяемую часть потребности дополнительно (предположим, в размере DD1). Из этого следует, что подлинная цена дополнительно производимого в рамках уже государственного сектора "квазипредложения", обеспечивающая такой прирост удовлетворения данной потребности за пределами "спроса" (рынка), предстаёт как совокупность индивидуальных цен, отражающих индивидуальные издержки тех производителей, которые не укладываются в “общественную” (равновесную) рыночную цену (ОА). Размер “ступенчато-возрастающей” цены общественного (государственного) предложения зависит от величины планируемого обществом прироста (например, на нашем графике для прироста в размере DD1 требуется ступенчато-возрастающая цена общественного предложения  в ЕЕ3).

          Из графика видно, что остаточный спрос равен DЕЕ1D1; в этой ситуации необходимо возместить  недостающие для организации государственного сектора экономики затраты в объеме ЕЕ3Е1. Эти затраты приходится заимствовать (если оставаться в рамках нашего графика) только из рыночного сектора - налоговым изъятием  части денежных излишков, образующихся у "эффективного покупателя" и "эффективного производителя", причем изъятия не в произвольном объеме, а в размере Е2Е4Е (что соответствует площади ЕЕ3Е1).

          Таким образом, желание увеличить за пределами рынка (спроса) удовлетворяемый объем потребности объективно сопровождается не снижением цены предложения до новой, более низкой цены спроса, а повышением цены предложения в рамках возникающего нерыночного (государственного) сектора экономики и необходимость компенсации такого повышения. Если же цену предложения заставить снизиться до уровня ОА1, то исчезают рыночные источники поддержки нерыночного сектора, - последний становится не просто убыточным, а вообще невозможным.

          Общий вывод состоит в том, что между рыночным и нерыночным (государственным) секторами существует определенный баланс. Если неплатежеспособную часть потребности поручается удовлетворить именно рынку, то тогда необходимо вводить административно назначаемую “цену предложения” (Е2), разрушающую рынок. Если этот прирост обеспечивается государственным сектором, то объективно возникает “общественная цена предложения” (Е3), требующая институциональной организации государственного сектора экономики. Дело в том, что часть товаров будет реализована по равновесной цене, а часть  - по государственной цене (Е1), за которую действительно заплачена более высокая цена (Е3). Поэтому необходимо, с одной стороны, обеспечить финансирование рыночно-убыточных “общественных” предприятий, занятых производством соответствующей продукции, а, с другой, с помощью рационирования (и иных административных мер), - препятствовать перебежке “частных покупателей” в статус “общественных потребителей” (обратное, к сожалению, в этой ситуации не угрожает). Если же возведение “китайской стены” между участниками рыночного и участниками государственного секторов не удается, то эти два сектора не смогут, как следует из схемы, сосуществовать: “рыночный” сектор вливается в “общественный”, делая последний социально бессмысленным и экономически невозможным.

График 21. ДИСПРОПОРЦИОНАЛЬНОСТЬ

                   ОБЩЕСТВЕННОГО СЕКТОРА.

На первый взгляд, в предлагаемом нами объяснении нет проблемы: величина консолидированного излишка эффективных ("доходных") покупателей и продавцов (ОКЕ) - при единичной эластичности линий спроса и предложения - равна величине консолидированного излишка неэффективных ("убыточных") потребителей и производителей (СЕМ), - и это потому, что мы для упрощения взяли график с именно единичной эластичностью. Однако проблема немедленно возникает, как только мы приближаемся к практике. А практика свидетельствует о том, что потребность в огромных затратах на организацию государственного сектора социально и экономически оправдана и возникает преимущественно в ситуации сочетания высокоэластичного спроса с низкоэластичным предложением (например, при производстве продукции аграрного сектора). В этой ситуации, когда рынок удовлетворяет незначительную часть жизненно-значимой потребности (см. график 21), государственный сектор выполняет функции необходимого дополнения к рыночному. Но уже из нового графика видно, что в нём отсутствует гармония баланса равновесного графика, а это означает, что здесь консолидированного излишка эффективных субъектов рынка явно недостаточно для компенсации консолидированного излишка неэффективных агентов производства. Из графика следует, что эластичный спрос при неэластичном предложении возлагает заботу об удовлетворении большей части потребности (DС) на общество. Вот из этого и возникает проблема: откуда же брать средства для возмещения убыточных затрат в объеме ЕМС, если компенсирующие мощности данного локального рынка (ОКЕ) крайне ограничены (ср. ОКЕ и ЕМС)?

              Ответ может быть только один: на поддержку дополняющего подобные рынки государственно-организуемого производства необходима переброска избыточных  средств ("излишков" эффективных покупателей и продавцов), образуемых на рынках, построенных на диаметрально противоположной ситуации с эластичностью, - рынках с низкоэластичным спросом и высокоэластичным предложением (см. график 22, на котором  "излишек" - ОКС - многократно превышает "убыток" - СЕМ). Здесь уже рыночный сектор, беря на себя удовлетворение основной части данной потребности, преобладает над   государственным сектором, а такое доминирование всегда означает, что "рыночный излишек" превышает "нерыночный убыток". 

          Однако необходимость "межрыночного" перераспределения "излишков" эффективных рыночных субъектов должно быть оценено по критериям конечной рыночной, экономической и социальной эффективности, которые зачастую находятся в острых противоречиях.

График 22. ДИСПРОПОРЦИОНАЛЬНОСТЬ

                   РЫНОЧНОГО СЕКТОРА.

Наконец, рассмотрим ситуацию, когда общество, заинтересованное в приросте какой-либо продукции, решает повысить рыночную цену в пользу производителей (см. Е1 на графике 23). Такое повышение означает фактическое перемещение цены равновесия (Е) в новое положение (Е1), при котором рынок может функционировать только при условии возмещения возросших вмененных издержек (ОЕ1D1 вместо прежних ОЕD) и получение излишка производителя (ОКЕ1 против прежнего ОАЕ). 

График 23. РОСТ РЫНОЧНОЙ ЦЕНЫ И ЕЁ

                         ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ.

         Однако денежный объем потенциального спроса не в состоянии обеспечить такое увеличение. Поэтому - при необходимости повышения цен реализации - неизбежна замена рыночного механизма нерыночным, т.е. содержанием производителей за счет всего общества в результате перераспределения излишков производителей и потребителей, образующихся на других локальных рынках. В рассматриваемой ситуации не стоит надеяться на дополнение рыночного сектора государственным, на то, что удастся обеспечить их сосуществование, так как цена Е1 не может быть избирательной, а немедленно примет статус "рыночной".

          Следовательно, расширение удовлетворяемой части потребности за счет снижения цены спроса потребует поддержки обществом производителей, расширение за счет роста цены предложения - такой же поддержки, но уже потребителей.

          Итак, рыночное объяснение административного вмешательства следует признать односторонним, а выводы - неконструктивными, ибо оно ограничивается одним тезисом: административное назначение цены разрушает рынок, следовательно, оно невозможно и неэффективно.

          Экономическое же объяснение этого феномена более взвешено. В ряде случаев регулирование цены, её снижение или повышение, - общественно-необходимо. Важно только понимать, что это требует специальной организации государственного сектора экономики. Словом, за всё действительно приходится платить: ограничение объёма производства только доходным предпринимательством ("рынком") требует от общества "платы" в виде удовлетворения только части потребности (в размере "спроса"), а увеличение объёма производства за пределы доходного предпринимательства (то есть за пределы рынка) с помощью организации государственного сектора - ещё большей платы в виде возрастающего налогового бремени на ренту эффективного покупателя и эффективного продавца.         

Подпись: «КЕЙНСИАНСКИЙ КРЕСТ»
В СВЕТЕ МОДЕЛИ
СМЕШАННОЙ ЭКОНОМИКИ

              Известно, что центральная идея экономикса - убежденность в том, что достижение макроэкономического равновесия обеспечивается с помощью самого рынка. Эта идея олицетворяла надежду экономистов-классиков на самодостаточность стихийного движения рыночной экономики. Под это подводилась научная база в виде “закона Сэя”: размер предложения рождает соответствующий объем спроса.

          Вопреки усмешкам многих “реалистов”, тезис Сэя для модели идеальной макроэкономики имеет безусловное значение. Поскольку же в рыночных координатах сопоставляется не объёмы “производства” и “потребления”, а их рыночно-преобразованные выражения - “совокупное предложение” (AS) и “совокупный спрос” (AD),  - то макроэкономическое равновесие для “классиков” (докейнсианцев) означало “автоматическое” совпадение величин совокупного спроса и совокупного предложения с последующим “автоматическим” установлением равновесного объема производства, приводящим к созданию равновесного валового национального продукта,  что обеспечивало равновесный размер занятости.

               Схематически это можно было бы изобразить в виде следующей зависимости:

(AD = AS)®равновесный объем производства®равновесный ВНП® равновесная  занятость

             Всё было бы чудесно, если бы “равновесное состояние” всегда совпадало бы с “полным использованием” наличных производственных ресурсов. Однако равновесие совокупного спроса и совокупного предложения может достигаться таким равновесным объемом производства, которое равно, больше или меньше полного использование ресурсов производства, в котором заинтересованно общество, но которое безразлично рынку, жаждущему только одного - равновесия.

          Открытие необязательности совпадения равновесного объема производства с полным использованием производственных ресурсов, (иначе - несовпадение “реального” и “полного” национального продукта) и позволило Д. Кейнсу поставить глобальную макроэкономическую проблему: определение (в рамках анализируемого временного периода) фактического соотношения объемов равновесного (реального) и полного производства валового национального продукта с целью  принятия мер по максимальному сближению равновесного ("рыночного") объема к полному ("социальному").

          Поскольку расхождение этих объемов может иметь только два варианта ("равновесный" валовой национальный продукт или больше, или меньше полного), то макроэкономика допускала только два варианта государственного регулирования:

          а) если “равновесный” ВНП > “полного” ВНП ®  необходимо уменьшить равновесный ВНП до размеров полного ВНП;

          б) если “равновесный” ВНП < “полного” ВНП ®  необходимо увеличить равновесный ВНП до размеров полного ВНП.

          Вместе с тем, очевидно, что изменять можно только величину равновесного (“рыночного”) ВНП, ибо величина “полного” ВНП в краткосрочном периоде  задана объективно. А в самом рыночном механизме установления равновесия наиболее подвижной и регулируемой стороной (подчиняемой государству) является совокупный спрос. Этим и выстраивается не надуманная, а доказанная Д.Кейнсом “триада” механизма макроэкономического регулирования:

     D АD    ®  D равновесного ВНП  ®   величина  полного ВНП

          Разумеется,  для такой триады идеальный инструмент - фискальная (налогово-бюджетная) политика. Поскольку данное положение представляет  центральный пункт теории Кейнса, остановимся на  нем подробнее.

*          *          *

            Рыночная экономика, состоящая из множества отдельных рынков, сама представляет один огромный рынок. Этот макрорынок есть сфера взаимодействия “совокупного производителя” и “совокупного потребителя” - главных героев любой макроэкономической модели. Процессы и проблемы макроэкономики существенно отличаются от проблем и процессов микроэкономики.

          Жизнь макроэкономики можно описать двумя понятиями - “равновесием” и “динамикой”. Каково же их содержание?

          В рыночной экономике все произведенные продукты (“совокупное производство”) должны стать товарами (“совокупное предложение”) и быть проданным (“совокупный объем продажи”), а все доходы (“совокупные доходы”) предназначаются для покупки (“совокупный  спрос”) и должны быть отоварены (“совокупное потребление”). Только в этом случае  совокупные величины денежного спроса и товарного предложения совпадут. Такое совпадение и есть равновесное состояние рыночной экономики.

          В то же время рыночная экономика находится в постоянном движении, что выражается именно в нарушении равенства совокупного спроса и совокупного предложения. Такое нарушение есть механизм динамики рыночной экономики.

          Получается, что экономическое равновесие требует равенства совокупного спроса и совокупного предложения, а экономическая динамика - их неравенства. И рыночная экономика каким-то образом умудряется отвечать этим взаимоисключающим требованиям. Механизм такой удивительной “равновесной динамики” и пытаются уловить экономисты посредством макроэкономических моделей.

          Производство в течение года создает множество товаров, которые экономическая теория объединяет в “Большой товар”, называемый “валовой национальный продукт” (ВНП). Это - самое главное для понимания механизма движения макроэкономики как макрорынка: раз ВНП - макротовар, то он является объектом необычного акта купли-продажи - масштабом в страну и продолжительностью в год. Продавцом такого удивительного товара выступает “совокупный производитель”, а  покупателем - “совокупный потребитель”.

          Сумма денежных расходов совокупного производителя образует “совокупное предложение” (общепринятый символ - “AS”),  а сумма денежных доходов совокупного потребителя - “совокупный спрос” (“AD”). Следовательно, валовой национальный продукт одновременно выступает и как "совокупный спрос", и как "совокупное предложение"!

          Отсюда условием эффективности макроэкономики становится производство такого ВНП, при котором  AS = AD. Действительно, если AS > AD, то часть расходов производителей не будет возмещена, а если AD > AS, то не будет отоварена часть доходов потребителей.

          Однако реальность такова, что величина расходов производителей (образующая “AS”) и величина доходов потребителей (образующая “AD”) зависят от разных факторов и “разведены” во времени и пространстве. Этим и порождается основная проблема макроэкономического равновесия - возможно ли достижение такого объема ВНП, при котором AD  равен AS?

          Впервые ответ на этот вопрос дала “классическая школа”.

          Построим график, по “горизонтали” которого откладывают возможные величины ВНП, а по “вертикали” - возможные величины AD и AS (см. график  24).      

          Линия AS пройдёт по биссектрисе - это означает, что в данной модели все затраты производителей воплощаются в совокупном предложении (т.е. ВНП = AS).                     

График24.ГРАФИК МАКРОЭКОНОМИЧЕСКО ГО          РАВНОВЕСИЯ.

        Линия AD  начинается выше “нуля” и проходит более полого потому, что часть доходов потребители экономят, превращают в сбережения (т.е. ВНП =  AD  + сбережения).

          Пересечение линий AD и AS дает “точку макроэкономического равновесия” (А): по горизонтали эта точка показывает "равновесную" величину ВНП (отрезок ОС), при которой   денежный объём AD (= ОЕАС) равен стоимостному объёму  AS  (= ОЕАС).

          Возможное несовпадение величин  AD  и  AS осознавалось “классиками”, но в том-то и состоит  непреходящая до сих пор прелесть и привлекательность классического подхода,  что в нем преобладает убежденность - ничего делать не надо: рыночная экономика сама восстановит равновесное состояние. Ход рассуждения был таков.

          1. Если AD > AS (то есть ВНП равен отрезку “ОВ”), то избыток AD сначала повышает цены, а затем увеличивает объем производства, выбирая тем самым “остаток”  избыточного спроса за счет прироста ВНП.

          2. Если AS > AD (то есть ВНП равен отрезку “ОD”) , то избыток AS сначала понизит цены, а затем уменьшит объем производства, избавляясь тем самым от “остатка” избыточного предложения сокращением ВНП.

          Таким образом, за восстановление макроэкономического равновесия обществу приходится “платить” - в первом случае ростом цен (отрезок КЕ), во втором - ростом безработицы (отрезок DC). Но классики считали, что “плюсы” равновесия превышают возникающие при его восстановлении “минусы”.

          “Великая депрессия” показала, что саморегулируемая рыночная экономика к  30-м годам ХХ века    утратила свойства, обеспечивающие ей стихийную эффективность. “Классическая” теория оказалась не в силах дать удовлетворительное объяснение новому состоянию рынка. И тогда пробил час экономической концепции Джона Кейнса.

          Почему экономисты славят Кейнса? Да потому, что он предложил концепцию, радикально меняющую взгляд на макроэкономическое равновесие и механизм его достижения.

График 25. “РАВНОВЕСНЫЙ” И “ПОЛНЫЙ”

                     ВНП.

Д.Кейнс исходил из того, что точка макроэкономического равновесия может не совпадать с “полным ВНП” (то есть с тем состоянием экономики, при котором в производство вовлекаются все ресурсы, и, следовательно, безработица находится на “естественном уровне”). Исключительное внимание всех экономистов к  уровню безработицы объясняется её антиэкономическим эффектом, - сокращая государственные доходы, безработица требует роста государственных расходов; занятый кормит себя, да еще платит налоги (то есть кормит других), тогда как безработный требует денег на себя, на семью да еще  не платит налогов (то есть не кормит других).

          Действительно, точка равновесия вовсе не обязана устанавливаться таким образом, чтобы “равновесный ВНП” соответствовал  “полному ВНП”. Здесь возможны только два случая:

            1) “равновесный ВНП” > “полного ВНП”;

            2) “равновесный ВНП” < “полного ВНП”.

          Посмотрим на график 25: “ОС” -  "равновесный" (реальный) ВНП, “ОВ” и “ОD” - соответственно “недоравновесный” и “сверхравновесный” объемы ВНП. “Классическая школа”, полагавшая, что “полный” и “равновесный” ВНП всегда совпадают, уповала на “автоматизм” рыночной экономики, преодолевающий отклонения.

          1. Если полный ВНП > равновесного ВНП (“OD” - “OC” = “CD”), то рыночная экономика, достигнув точки рыночного равновесия (точки Е), успокаивается и не собирается двигаться дальше, к полному ВНП (к точке D). Это значит, что экономика страны обречена на хроническую циклическую безработицу, недоиспользование средств производства и капитала (отрезок “CD”, по горизонтали показывающий величину недопроизводства ВНП, оборачивается по вертикали  разрывом между величинами AS  и AD , показывая, каким могло бы быть дополнительное предложение и каким для этого должен быть дополнительный спрос).

          Из сказанного становится понятна “драма” саморегулируемой рыночной экономики: удовлетворенная достижением рыночного равновесия, макроэкономика “застревает” в состоянии неполного, неэффективного производства, не имея стимула двигаться к полному ВНП, неся из-за этого убытки и вызывая социальное напряжение.

          2. Если полный ВНП < равновесного ВНП (то есть равен “ОВ”), то рыночная экономика, побуждаемая стремлением к равновесию, будет жаждать недостижимого (перемещения в точку Е), то есть постоянно находиться в состоянии, когда  AD > AS (этот недостижимый отрезок “ВС” оборачивается по вертикали инфляцией).

Таким образом, Д.Кейнс показал, что рыночная экономика, “предоставленная сама себе”, обречена  пребывать или в “полно-неравновесном” ВНП (отрезок ОВ), т.е. в постоянной инфляции, или в “неполно-равновесном” ВНП (отрезок “ОС”), т.е. в постоянной депрессии, безработице, перепроизводстве. И это потому, что рыночный механизм не может исправить ситуацию, ибо у него только одна  цель - установление только и только макроэкономического равновесия. Полнота же использования производственных ресурсов (т.е. производство полного ВНП) рынку безразлична. Следовательно,  реальны только два состояния ВНП: “полное, но неравновесное” или “равновесное, но неполное”.

Отсюда Д.Кейнс сделал ошеломивший экономистов вывод: поскольку рыночная экономика самостоятельно не может решить проблему - макроэкономическое равновесие в её координатах либо недостижимо, либо неэффективно, - то ей нужна помощь. Следовательно, не только микроэкономика, но и макроэкономика нуждается в регулировании; от одной такой мысли дух захватывает, настолько она грандиозна, дерзновенна!   

          В этом выводе  - суть кейнсианского переворота  в экономической науке, благодаря которому экономисты обрели новый объект прикладного анализа - макроэкономику.

          Если изложенное выше понятно, то понятным станет и “прикладная” часть кейнсианства. Кратко она сводится к  следующему.

Из двух взаимодействующих величин (AD и AS) легче всего маневрировать размерами AD (см. график 26).

График 26. МЕХАНИЗМ УСТАНОВЛЕНИЯ МАКРОЭКОНОМИЧЕСКОГО РАВНОВЕСИЯ.

          При неполно-неравновесном ВНП (отрезок “ОВ”) равновесие можно создать    искусственно, сократив AD на весь отрезок “FK” (уменьшением  государственных      расходов и  увеличением налогов). Это вызовет перемещение всей линии AD  в позицию AD1. При равновесно-неполном ВНП (отрезок “ОС”) полный ВНП (отрезок “ОD”) также можно создать искусственно - приростом AD на  отрезок “LE” (увеличением государственных расходов и уменьшением налогов). Это вызовет перемещение всей линии AD  в позицию   AD2 .

          “Кейнсианский крест” - общепризнанное графическое изображение концепции Кейнса в рамках так называемого “хиксианского кейнсианства “. Нас сейчас интересует - может ли предложенная нами модель смешанной экономики быть выражена в координатных параметрах “кейнсианского креста”?

          При изображении “кейнсианского креста” (см. график 24) сразу обнаруживается, что производство ВНП в пределах ОD осуществляется в ситуации превышения объема совокупного спроса над объемом совокупного предложения. А это - чисто “рыночная” ситуация: рынок возникает  там и тогда, где и когда потенциальная цена спроса превышает потенциальную цену предложения. В этом случае рынок возникнет “автоматически” (а при запрете - подпольно в виде “теневого” сектора).

          Раз это так, то ВНП, создаваемый в размере любой точки между О и D, следует считать “рыночным ВНП”. Следовательно, на представленном графике рыночный сектор по-прежнему позиционирован в левой части графика (сектор АОDЕ).

          Что касается поэлементного строения этого рыночного сектора, то треугольник ОЕD выражает “вмененные издержки рыночного производства ВНП”, треугольник ОКЕ - “выгоду совокупного производителя” (так как линия ОЕ - показатель реальных издержек на производство ВНП, а линия КЕ - показатель цен совокупного спроса), наконец треугольник КАЕ - “выигрыш совокупного потребителя”.

          Точка равновесия (Е) показывает, что при объеме ВНП в размере ОD совокупный спрос и совокупное предложение совпадают, рынок достигает блаженного момента сбалансированности и замирает в точке D.

          Если же общество желает увеличить объем ВНП (т.е. производить его в пределах DС), то оно от “рыночного” механизма производства ВНП переходит к “общественному” (государственно-стимулируемому) механизму производства ВНП. И это потому, что здесь цена совокупного предложения (ЕМ) превышает цену совокупного спроса (ЕL). Следовательно, рыночный механизм здесь невозможен, необходима специальная организация общественного производства. Источники финансирования общественного производства ВНП - все те же налоговые изъятия из выигрыша совокупного производителя и совокупного потребителя.

          Каковы же максимально-возможные размеры общественного производства ВНП? Исходя из обусловленности размера государственного сектора экономики размерами рыночного сектора, можно полагать, что DC должно быть меньше или равно ОD, но никогда не может быть больше ОD.

         

Подпись: ЭВРИСТИЧЕСКАЯ ЗНАЧИМОСТЬ ДВУХСЕКТОРНОЙ МОДЕЛИ
 СМЕШАННОЙ ЭКОНОМИКИ
Концептуальная трактовка устройства экономики  всегда методологична. Основные эвристические следствия предложенной модели можно свести к следующим пунктам.

*            *            *

*            *            *

  Единичная эластичность графика “классического рынка” особенно наглядно обнаруживает удивительную гармоничность строения всей системы смешанной экономики.

          График 1,2,3. Трансформация “потенциального спроса” в                                             “потенциальное предложение”.

          Действительно, при единичной эластичности спроса и предложения все четыре треугольника (АКЕ, ОАЕ, ОЕD и DЕС), образующих исходный треугольник “потенциального спроса” (ОКС), равны между собой. Этот счастливый случай, возникающий только в абстрактных моделях экономической теории, тем не менее дает возможность принципиального показа основных экономических зависимостей рынка и её перерастания в смешанную экономику. Таковыми основными зависимостями, по нашему мнению, являются:

соотношение “АКЕ” и “ОАЕ”, показывающее, какая именно сторона (покупатель или продавец) занимает приоритетный статус на данном микро- (макро) рынке;

соотношение “ОАЕ” и “ОЕD”, показывающее степень прибыльности (рентабельности) на данном рынке;

соотношение “АКЕ” и  “DЕС”, показывающее отношение “выигрыша

     покупателя” и “проигрыша потребителя” на данном рынке;

соотношение “АКЕ + ДЕС” и “ОАЕ + ОЕD”, показывающее идеальный вес реального рынка в объеме потенциального рынка.

Разумеется, что более детальный анализ ситуации изменения степени эластичности кривых спроса и предложения показал бы оптимальные объемы каждого названного треугольника в конкретном случае и динамику их соотношения, а также вытекающие из этого следствия.

*           *           *

          Знание модели смешанной экономики позволяет уяснить поэтапную трансформацию “потенциального спроса” в “потенциальное предложение” (что практически тождественно превращению “рынка” в “экономику”), - см. график 1,2,3.

          На графике 4 показан “треугольник потенциального спроса” (ОКС), которому соответствует “треугольник потенциального предложения” (ОМС). График показывает, что эти треугольники имеют общий сектор (ОЕС). Следовательно, в рамках этого сектора "спрос" и "предложение" совпадают по определению. Отсюда следует, что проблема макро -   (да и микро - ) экономического равновесия трансформируется в обеспечение равенства уже между видоизменёнными треугольниками - между “ОКЕ” (совокупным выигрышем основных субъектов рыночного сектора экономики) и “СМЕ” (затратами, компенсирующими убытки, возникающие при "зарыночном" удовлетворении государственным сектором экономики запросов неплатежеспособной части потребности).

          Особая эвристическая ценность представленного графика состоит в осознании того, что:

          - “ОКС” представляет в рамках монетарной экономики её "денежный" элемент ("совокупный кошелёк" всех потребителей как потенциальных  покупателей, только часть которого будет израсходована в форме рыночного спроса);

- "ОМС” представляет в рамках монетарной экономики её "товарный" элемент ("совокупный товарный склад" всех производителей как потенциальных продавцов, только часть которого сумеет предстать в форме рыночного предложения).

              Таким образом, соотношение "ОКС" и "ОМС" на уровне макроэкономики предстаёт как соотношение "совокупного спроса" (ОКС) и "совокупного предложения" (ОМС) в их конкретно-экономических формах - как соотношение "товаров" и "денег".          

              Но если “ОЕС” - сектор, который одинаково принадлежит и "товарному", и "денежному" треугольникам, то это значит, что в рамках этого "общего" сектора    деньги обеспечены товарами, а под товары имеются деньги. Другими словами, в рамках "ОЕС" денежный спрос и товарное предложение равны по определению и по отношению к ним проблема "товарно-денежного" равновесия не возникает. В  теоретическом плане эта проблема возникает только по отношению к оставшимся "частям" совокупного денежного спроса" и "совокупного товарного предложения", а именно - по отношению к "ОКЕ" и "СЕМ". Проблема именно в том и состоит, чтобы уравновесить площадь "денежного треугольника" ОКЕ с площадью "товарного треугольника" СЕМ. Уравновешенная в пределах равновесного графика единичной эластичности, эта идиллия немедленно исчезает при разноэластичности линий спроса и предложения.

          Однако до сих пор речь шла о "товарности" и "денежности" как двух балансируемых выражениях валового национального продукта. С позиций же обосновываемой в данной работе двухсекторной модели смешанной экономики макроэкономическое равновесие названных "треугольников" обнаруживает не только количественное, но и качественное различие. Действительно, если "абстрагироваться" от общего треугольника (ОЕС), то противостоящие друг другу треугольники ОКЕ и СЕМ не просто представляют и противопоставляют "деньги" и "товары", а представляют и противопоставляют деньги рыночного сектора - товарам государственного сектора.

И это объяснимо, - "денежный излишек эффективного покупателя" АКЕ (то, что в экономической теории получило неточное наименование "рента потребителя": неточное потому, что этот выигрыш может быть присущ только покупателю, но никак не потребителю) потому-то и может образовать денежное сбережение богатого покупателя (в отличие от его "дальнего родственника" - бедного покупателя), потому-то и может быть положено богатым покупателем "под подушку", что под эти деньги в рыночном секторе товар не произведен! Об этом однозначно свидетельствует линия предложения (ОЕ), показывающая, что товары в рыночном секторе и для рыночного сектора производятся в объёме ОЕD.

          Подобная же ситуация складывается и с денежной рентой эффективного продавца (ОАЕ), которая потому-то и может образовать его денежное сбережение, что под эти деньги товар в рыночном секторе не производится.

          Таким образом, консолидированный излишек "эффективного покупателя" и "эффективного продавца" представлен только деньгами, под которые в рамках рыночного сектора товаров нет. 

          Прямо противоположный характер - исключительно "товарный" - имеет та часть совокупного продукта, которая представлена треугольником СЕМ - это товары, под которые в самом государственном секторе денег нет. 

          Изложенное позволяет утверждать:

            "ОКС"  - "потенциально-денежная масса" смешанной экономики;

            "ОМС" - "потенциально-товарная масса" смешанной экономики;

            "ОЕС"  - "реальная товарно-денежная масса" смешанной экономики;

            "ОКЕ"  - "только-денежная масса" рыночного сектора;

            "СЕМ" - "только товарная масса" государственного сектора.

График 4. ОСНОВНАЯ ПРОБЛЕМА

                  ЭКОНОМИКИ.

          

          Общий вывод: для двухсекторной модели смешанной экономики достижение  макроэкономического равновесия обеспечивается сбалансированным развитием двух обязательных секторов современной экономической системы - "рыночного" (частно-доходного) и "нерыночного" (общественно-убыточного), между которыми и происходит основной обмен товарной и денежной массами. 

          Таким образом, двухсекторная модель смешанной экономики по-своему доказывает справедливость фундаментальной исходной посылки экономической теории (“закона Сэя”) о теоретической предопределенности равенства (сбалансированности) совокупных расходов и совокупных доходов. Однако поскольку чистая денежная масса (ОКЕ) рыночного сектора всегда превышает чистую товарную массу (СЕМ) государственного сектора - в силу объективно ограниченных параметров развития последнего, - то смешанной экономике всегда присуща тенденция к инфляционной деформации. 

          В то же время необходимо учитывать, что рыночная равновесная цена всегда демонстрирует равенство спроса и предложения, хотя за этим равенством, как показывает модель смешанной экономики, может скрываться диспропорция между нереализуемой частью потребности и величиной государственного сектора экономики.

*           *           *

          Реальный ВНП в своем реально-минимальном стоимостном значении всегда равен величине “вмененных издержек рынка” (ОЕD), а в своем теоретически-максимальном - величине “потенциального предложения” (ОМС).

*           *            *

          Более детальная модель двухсекторной ("рыночно-нерыночной") смешанной экономики была бы представлена пятью элементами (величины которых должны быть сбалансированы между собой):

1) “чисто рыночный” (частнопредпринимательский) сектор (ОКЕD),

          2) “чисто государственный” (общественный) сектор (DЕМС),

          3) подсектор доминирования рыночно-организованного производства над  

 нерыночным; 

          4) подсектор доминирования нерыночно-организованного производства над рыночным;

подсектор совершенно-конкурентного противостояния рыночного и

нерыночного производства.

          Механизм макроэкономической сбалансированности в этом аспекте состоит - в покрытии издержек “чистого общественного сектора” за счет “чистого рыночного сектора”; сектор доминирования частного производства покрывает издержки сектора, в котором доминирует  общественное производство, а сектор равновесного состояния находится в режиме самобалансирования.

                                                            

*          *          *

          В графике (модели) смешанной экономики обнаруживается даже нечто мистическое: «рыночное пространство» занимает четвертую часть «экономического пространства». То же соотношение присуще и посекторному сопоставлению затрат - треугольник «вмененных издержек рынка» также составляет одну четвертую всех консолидированных затрат на реальное производство («вмененные издержки» + «остаточный спрос» + «выигрыш потребителя» + «избыточная рента»).

*           *           *

          Рыночный сектор обходится обществу (по затратам) в величину «вмененных издержек рынка» (треугольник ОЕD), а государственный сектор - в площадь фигуры DЕМС. Сумма же затрат на рыночный и общественный секторы (т.е. ОЕD + DЕМС) равна треугольнику ОМС - потенциальной величине совокупного предложения. Только благодаря этому совокупное предложение предстает как воплощение затрат на производство, как сумма фактически понесенных издержек, не искажаемая включением избыточной ренты («выигрыша») производителя.

*          *          *

          Когда характеризуют общественный (государственный) сектор экономики, говорят о «принципе невозможности исключения», вспоминают «эффект безбилетника», отмечают специфику «совместного потребления» и т.д. Тем не менее, все это вторично, главное - это доходность: экономика по этому критерию делится на «рыночный» (доходный) сектор и «нерыночный» (убыточный) сектор. В противном случае обе «половины» единой систем ("графика") будут функционировать на разных принципах.

*          *         *

          Почему государственный сектор выступает как «квазирынок», а неплатежеспособная часть потребности должна все-таки принимать искусственную для неё форму «спроса»? Ответ следует искать в системности современной экономики: не может одна её часть функционировать в рыночной форме, а другая - в нерыночной. Поэтому государственному сектору экономики приходится обряжаться в рыночную видимость, тем самым, маскируя свою нерыночную сущность, более того - придавая тем самым видимость всеобщности рынка и потому ещё сильнее затрудняя анализ как реального рынка и реальных рыночных процессов, так и нерыночной природы государственного сектора. Никогда ещё экономическая форма так не противоречила экономической сущности, как рыночная форма функционирования нерыночного государственного (общественного) сектора экономики.

*          *          *

          Вообще удивителен механизм образования «выигрыша потребителя» и «остаточного спроса»: оба они порождаются одним и тем же уровнем равновесной (рыночной) цены, - но если для выигрывающих покупателей этот уровень «занижен» и потому позволяет получать выигрыш, то для проигрывающих потребителей (несостоявшихся покупателей) этот же уровень уже является «завышенным». Это связывает оба названных элемента «треугольника общего спроса» незримой нитью: в идеальной модели экономики «выигрыш покупателя» по размерам должен быть достаточен для компенсации (через налоговый механизм) «проигрыша потребителя».

          Более того, сумма этих двух треугольников (АКЕ и DЕС) показывает абсолютную величину «упущенной выгоды рынка», ибо они все-таки предназначались в качестве расходов на данном рынке и не состоялись только из данного уровня равновесной цены (а относительный размер упущенной выгоды рынка выразится в процентном отношении суммы площадей названных треугольников к площади квадрата ОАЕD).

*          *          *

          Между спросом - как удовлетворяемой рынком частью потребности, - и потребностью в целом (включающей, наряду со спросом, и неудовлетворяемую рынком часть) существует объективное противоречие. И задача экономики - минимизировать разрыв между ними. В этом, кстати, заключается одна из глобальных тенденций развития экономики, которая в политико-экономической науке традиционно называется «социализация производства». Поэтому настоящий экономист - тот, кто, изучая спрос, озабочен потребностью. Другими словами: занимаясь спросом, думать о потребности, - такова сегодня «сверхзадача» экономического анализа. И надо сказать, что некоторые разделы экономической науки демонстрируют блестящую методологию изучения спроса сквозь призму потребности; такова, на наш взгляд, теория потребительского выбора, где кривые безразличия представляют «чистые» (не отягощенные бюджетным ограничением) потребности-предпочтения, а бюджетная прямая - суровые будни спроса.

*          *          *

          В свете предложенной модели становятся более понятными проблемы рыночной трансформации отечественной экономики.

          Советская экономика являлась уникальной в мировой экономической истории «тотально-обобществленной», «общественной», «огосударствленной» системой, реально принадлежа бюрократии - надстроечной группе, а не классу, то есть имела законченно-групповой, корпоративный характер.

          Поскольку государственный сектор экономики, как было показано выше, может быть только неэффективным (эффективность - выстраданная всей экономической историей «привилегия» только рыночного сектора), поэтому «тотально-огосударствленная» экономика может быть только тотально-неэффективной. В 1991-м году «пузырь» десятилетиями раздувавшейся неэффективности оглушительно лопнул и взорам летевшим на этом пузыре (который им казался могучей ракетой) предстала "экономическая пустыня" - к последнему десятилетию ХХ века в России не было ничего экономического: ни одного современного экономического института, ни одного цивилизованного рынка, ни одного элемента коммерческого механизма. И все это было создано в течение года группой молодых реформаторов во главе с Е.Т.Гайдаром, - настолько изжаждалась Россия здравого экономического смысла.

          Итак, государственный сектор экономики во всем мире возникал как дополнение к частному сектору экономики (к рынку, к предпринимательству), вырастал из него и существовал за его счет. У нас же частный сектор - в силу тотального этатизма - должен был напротив, - вырасти из государственного и даже (по изящному замыслу «розовых» экономистов) в который раз стать «дополнением» к общественному сектору. Таким образом, вновь - вопреки общемировой экономической закономерности - рыночному сектору «дозволяется» быть дополнением к государственному. Неужели не надоело ходить по одному и тому же кругу одних и тех же нелепостей?

          Нам сегодня приходится искусственно создавать то, что во всем мире возникало естественно, - доходное предпринимательство. Для этого и пришлось осуществлять приватизацию, причем «вслепую», ибо - когда бы мы ни начали бы приватизацию, - всегда бы отсутствовали реальные цены - эти реальные показатели рыночной (а не административной) рентабельности приватизируемых предприятий.

*           *           *

          Как бы ни была парадоксальна и уникальна конкретная судьба экономики конкретной страны, у экономической теории своя - всеобщая - логика, и эта логика сообщает тем, кто ею занимается всерьез, что:

          первое, - насколько увеличится рыночный сектор, настолько (в пределах определившейся потребности) уменьшится государственный сектор,

          второе, - насколько эффективен финансовый потенциал рыночного сектора, настолько экономически «обеспечен» и государственный сектор,

          третье - процесс приватизация (в том числе и земли) будет в нашей стране идти до тех пор и до тех размеров, пока весь государственный сектор не перейдет на «содержание» рыночного (и, может быть, тогда государственный сектор зауважает,  наконец, рыночный сектор).

*           *           *

Двухсекторная модель смешанной экономики раздвигает пространство экономического анализа, - её отсутствие обрекает исследователей на исключительное внимание лишь к рыночным феноменам, вынуждая их ограничиваться только "спросом", "предложением" и "ценой" (на графике - в границах ОАЕ). Предлагаемая же модель вводит возможность характеристики дополняющих "внерыночных" элементов: "спрос" дополняется "не-спросом" (неплатежеспособной частью потребности), "предложение" дополняется "не-предложением" (продукция, производимая при "сверхравновесных" затратах), "рыночная цена" - "общественной ценой госсектора".        

          С появлением двухсекторной модели обнаруживается плотная "заселенность" графического пространства классического рынка, - оказывается, за точкой равновесия разместился особый - квазирыночный! - мир, основанный на альтернативном подлинно-рыночному миру основании - на объективно возрастающей убыточности производства. Этот квазирыночный мир подобен "королевству кривых зеркал": здесь рыночные отношения - результат именно административно-организуемых связей;  здесь не может быть усредненной рыночной цены, поскольку индивидуальные затраты каждого производителя и образуют "общественную" цену его товара; здесь конкуренция принимает бюрократическую форму аукционов и тендеров, порождая тем самым экономическую основу коррупции. Можно сказать: рынок - это "экономика", квазирынок - это "производство".

            Но теперь изменились и координатные параметры рынка: теперь это не всесильный и самодостаточный РЫНОК - "молитвенный дом" большинства экономистов, а всего лишь один из двух секторов смешанной экономики, обреченный сожительствовать с квазирыночным сектором (государственно-организуемым производством, - вторым  "молитвенным домом" тех экономистов, которые обнаруживают социалистическую ориентацию).

          Обнаруживается также, что "ключи" к оптимальности и равновесию рыночного сектора зачастую находятся в другой "половине" экономической системы - в нерыночном ("квазирыночном", "государственном", "общественном") секторе и что организация (за счет "избытка" рыночного сектора) производства убыточных "общественных благ", - вовсе не благодеяние рыночного сектора, а условие его безинфляционного существования.

          Наконец, становится ясно, что и экономика - отнюдь не "однокомнатная квартира", в которой, как сначала казалось, комфортно расположился только один жилец (по фамилии "Рынок"): современная экономика - смешанная двухсекторная система, это - "двухкомнатная коммунальная квартира", в которой (помимо Рынка и за его счет) проживает ещё один жилец - "Не-Рынок", к которому Рынок зачастую переселяется в период своей финансовой депрессии.

          Двухсекторная модель показывает сбалансированную архитектонику  СОВРЕМЕННОЙ ЭКОНОМИКИ: до сих пор экономика на графике равновесной цены была представлена только одним её фрагментом - рынком, что искажало экономические реалии; теперь же, когда обнаружилось, что необходимым элементом экономики является и не-рынок, экономическая система приобрела полные и законченные координатные параметры, приобрела адекватное экономической  действительности предметное выражение.