Авторы: 147 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Книги:  180 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


загрузка...

4.8.3. Проблемы законодательного регулирования конкуренции и монополистической деятельности на товарных и финансовых рынках

Одной из значимых инициатив стала подготовка в 2004–2005 гг. проекта

новой версии Федерального закона «О защите конкуренции» (далее – проект

Закона), которая вызвала весьма неоднозначную реакцию. Можно выделить

три основных блока изменений действующего законодательства:

– расширение и унификация регулируемых действующим законодатель#

ством о конкуренции и монополистической деятельности объектов

гражданских прав (сделок, предоставления государственной и муни#

ципальной помощи и пр.);

– уточнение дефиниций, используемых в области защиты конкуренции

(по сравнению с действующими в настоящий момент законодатель#

ными нормами), а также определение некоторых процедурных вопро#

сов, связанных с возможностью злоупотреблений в регулируемой об#

ласти;

– изменение пороговых норм и значений некоторых показателей, яв#

ляющихся ключевыми для определения доминирующего положения на

товарных и финансовых рынках, требующих согласия регулирующего

исполнительного органа власти или его уведомления, а также сроков

обжалования решений антимонопольных органов.

Одним из главных системообразующих новшеств проекта Закона явля#

ется то, что он призван объединить в один регламентирующий документ два

действующих в настоящее время федеральных закона: Закон РСФСР от

22 марта 1991 г. № 948#I «О конкуренции и ограничении монополистической

деятельности на товарных рынках» (с многочисленными изменениями и по#

правками) и Федеральный закон от 23 июня 1999 г. № 117#ФЗ «О защите кон#

куренции на рынке финансовых услуг».

Таким образом, объектом регулирования нового Закона в случае при#

нятия проекта Закона станут «отношения, связанные с защитой конкуренции

на товарных рынках и рынках финансовых услуг в Российской Федерации,

предупреждением и пресечением монополистической деятельности и недоб#

росовестной конкуренции, в которых участвуют российские и иностранные

юридические лица, Центральный банк Российской Федерации, федеральные

органы исполнительной власти, органы государственной власти субъектов

Российской Федерации, органы местного самоуправления, иные осуществ!

ляющие функции указанных органов власти или органов местного само!

управления органы или организации, а также физические лица, индивиду!

альные предприниматели» (ст. 3 проекта Закона). Данное нововведение

имеет экономический смысл, так как несет в себе, с нашей точки зрения, со#

вершенно правильный и обоснованный подход: применение единых стандар#

тов регулирования ко всем субъектам гражданско#правовых отношений неза#

висимо от отрасли и существа отношений, в которые вступают все субъекты

гражданских прав на территории Российской Федерации.

Другим безусловно положительным нововведением, содержащимся в

проекте Закона, по нашему мнению, является регламентация процедуры

предоставления государственной и муниципальной помощи. Выведение рег#

ламентирующих данную сферу гражданско#правовых отношений норм на

уровень Федерального закона с достаточно подробным прописыванием пра#

вил предоставления такой помощи, на наш взгляд, приводит к большей про#

зрачности и облегчению контроля за целевым расходованием предоставлен#

ных федеральных и муниципальных средств. Единственный вопрос по этому

разделу проекта Закона, который требует дополнительных разъяснений, –

это установление порога предоставления такой помощи не более 5% выручки

хозяйствующего субъекта за предшествующий год (в случае, если помощь

предоставляется не для НИОКР, не сельхозпроизводителям и т.д. – п. 3.1 ст.

16 проекта Закона). К сожалению, в определении государственной и муници#

пальной помощи, приведенном в проекте Закона, общая цель предоставле#

ния этой помощи четко не сформулирована. Между тем представляется по#

настоящему важной лишь одна цель – содействие развитию социально зна#

чимых предпринимательских инициатив и проектов. При этом инвестицион#

ные потребности бизнеса, ориентированного помимо чисто экономических

целей и на социальный результат, могут в значительной степени перекрывать

порог 5% выручки за последний год, а значимость реализуемого проекта для

государства может быть высокой. Вместе с тем для унификации и сохранения

принципа равенства всех получателей помощи такой порог должен быть ус#

тановлен. В связи с этим предлагается увеличить данный порог как минимум

до 10–15% от выручки – минимальной налоговой нагрузки на коммерческую

организацию (например, ставка единого налога на вмененный доход в Моск#

ве составляет 15% вмененной выручки).

Хотелось бы отметить, что в пояснительной записке к проекту Закона

сказано, что одним из его преимуществ является то, что в случае принятия

нового Закона будет введен безусловный запрет на совмещение функций хо#

зяйствующих субъектов и органов власти. Мы не согласимся с такой поста#

новкой вопроса, так как в п. 3 ст. 7 Закона № 948#I, т.е. закона, действующего

и в настоящее время, этот запрет содержится в не менее четкой формули#

ровке.

В проекте Закона четко определены такие виды монополистической

деятельности, как согласованные действия хозяйствующих субъектов и коор!

динация экономической деятельности третьим лицом. При этом:

– согласованные действия хозяйствующего субъекта – «действия хозяй#

ствующего субъекта на товарном рынке, экономический результат

которых соответствует интересам данного хозяйствующего субъекта

лишь в том случае, если иные хозяйствующие субъекты, совокупная

доля которых на данном товарном рынке превышает 35%, действуют

аналогичным образом, если такие действия приводят или могут при#

вести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции на то#

варных рынках и (или) ущемлению интересов других лиц» (п. 17 ст. 4

проекта Закона);

– координация экономической деятельности – «согласование действий

хозяйствующих субъектов третьим лицом, не входящим в одну группу

лиц ни с одним из таких хозяйствующих субъектов» (п. 18 ст. 4 проекта

Закона).

Если в действующем законодательстве (ст. 6 Закона № 948#I) определе#

ние «согласованные действия хозяйствующего субъекта» по существу рас#

крывалось (хотя было вынесено «за скобки»), «координация экономической

деятельности» является новым определением и, по существу, обеспечивает и

регламентирует действия регулирующего органа по выявлению и пресече#

нию таких действий. Данная норма представляется необходимой, так как

пресекает действия неформализованных холдингов в осуществлении моно#

полистической деятельности. Кроме того, несмотря на то, что определение

координации экономической деятельности является довольно общим, оно

представляется достаточным для выявления любых форм злоупотреблений в

этой сфере, а следовательно, эффективным с точки зрения практического

применения.

Некоторой модификации в редакции проекта Закона подверглось и по#

нимание группы лиц: список классифицирующих взаимный экономический

интерес нескольких хозяйствующих субъектов условий был расширен. Поми#

мо существующих в текущем законодательстве к перечню таких условий до#

бавлено следующее: несколько лиц заключили между собой соглашение или

осуществляют согласованные действия, дающие участникам значительные

технологические или торговые преимущества перед другими хозяйствующи#

ми субъектами на соответствующем товарном рынке, что также расширяет

понимание согласованных действий лиц (п. 21 ст. 4 проекта Закона).

Некоторые инициативы, отраженные в проекте Закона, представляются

достаточно спорными. Во#первых, п. 4 ст. 6 проекта Закона – нарушение

пункта о координации экономической деятельности является основанием для

ликвидации хозяйствующего субъекта в судебном порядке. Эта мера пресе#

чения представляется излишне жесткой. Целесообразно заменить указанную

меру пресечения в случае первого раза на штрафные санкции, ликвидацию

же допускать только в случае систематических нарушений (2 раза и более в

течение 3 лет). Во#вторых, антимонопольный орган полномочен вносить в ли#

цензирующие органы предложения об отзыве лицензий у нарушителей зако#

нодательства в сфере монополистической деятельности (п. 20 ст. 20 проекта

Закона). По нашему мнению, отзыв лицензии является также излишне жест#

кой формой регулирования, так как экономический смысл лицензирования не

связан с наличием или отсутствием у лицензиата монопольного положения на

рынке. Предлагается исключить данную норму из проекта Закона целиком.

Представляются крайне важными инициативы, изложенные в проекте

Закона, касающиеся изменений некоторых пороговых значений, существую#

щих в российском законодательстве в настоящее время, а также введение

новых пороговых значений.

Доминирующим признается положение хозяйствующего субъекта, доля

которого на рынке определенного товара превышает 50% (п. 11 ст. 4 проекта

Закона), при этом в Законе № 948#I, это значение составляло 65%. Весьма

непросто объективно определить порог, от которого необходимо отталки#

ваться в отсутствие богатой практики применения действующего законода#

тельства в рассматриваемой области. Между тем, возможно, именно отсут#

ствие такой практики в России обусловлено завышенным пороговым

значением, действующим в настоящее время.

Вводится понятие доминирующего положения по совокупной доле не#

скольких хозяйствующих субъектов на рынке. Так, доминирующим признает#

ся положение каждого из нескольких хозяйствующих субъектов (за исключе#

нием финансовых организаций), если в отношении них выполняются

следующие условия: 1) совокупная доля не более чем 3 хозяйствующих субъ#

ектов, доля каждого из которых больше долей других хозяйствующих субъек#

тов на данном рынке, превышает 50%; 2) совокупная доля не более чем 5 хо#

зяйствующих субъектов, доля каждого из которых больше долей других

хозяйствующих субъектов на данном рынке, превышает 70% (при этом дан#

ное правило не применяется, если хотя бы у одного из этих экономических

субъектов рыночная доля не превышает 5% – п. 11 ст. 4 проекта Закона). Та#

ким образом, данную норму можно отнести как ко второй и третьей из пере#

численных выше групп нововведений, так и к первой, так как сфера примене#

ния проекта Закона затрагивает не только монополистическую, но и

олигополистическую деятельность, тем самым расширяя область регулиро#

вания Закона.

Произошло изменение и существенное сужение круга сделок по реорга#

низации юридических лиц, требующих согласования или уведомления анти#

монопольного органа. Так, предварительного согласия антимонопольного

органа требуют сделки, связанные с реорганизацией юридических лиц (слия#

ние, присоединение), если суммарная выручка этих юридических лиц за ка#

лендарный год или балансовая стоимость активов за последний отчетный пе#

риод превышает 3 млрд руб. (подп. 1 п. 1 ст. 25 проекта Закона). Это

нововведение можно оценить как положительное, так как оно упрощает и

снижает сроки реализации процедуры реорганизации малых и средних хо#

зяйствующих субъектов. Уведомления антимонопольного органа требуют

сделки реорганизации юридических лиц, аналогичные суммарные показатели

которых составляют не более 200 млн руб. (п. 2 ст. 25 проекта Закона). Ранее

пороговым значением для согласования антимонопольным органом было 200

тыс. МРОТ, для уведомления – 100 тыс. МРОТ (ст. 17 Закона № 948#I).

При осуществлении контроля приобретения прав на акции (доли) в хо#

зяйственных обществах в проекте Закона предлагается сохранить такой по#

рядок лишь в отношении сделок, в результате которых у приобретателя впер#

вые возникает право распоряжаться блокирующим пакетом акций,

контрольным пакетом акций, а также пакетом акций в 75% (ст. 25 проекта За#

кона). В настоящее время согласование требуется в случае приобретения

20% акций (долей) юридического лица (ст. 18 Закона № 948#I). Это нововве#

дение также следует оценить положительно, так как новые пороговые значе#

ния являются обоснованными с экономической точки зрения (именно они на#

деляют нового собственника акций различным уровнем полномочий в

отношении юридического лица в соответствии с российским законодатель#

ством о юридических лицах).

Именно в такой формулировке регулирование представляется эффек#

тивным, так как независимо от количества приобретаемых акций контролиру#

ется любое изменение статуса влияния собственника на компанию, а не толь#

ко количественные параметры сделок (приобретаемое в конкретной сделке

количество акций), что включает в круг регулируемых сделки, объективно

подлежащие такому регулированию. Между тем, по нашему мнению, даже эту

формулировку можно расширить для случаев, когда часть акций компании

выкуплено и учитывается на балансе самой компании. В этом случае контро#

лю подлежат сделки, в результате которых доля собственности в компании с

учетом поправочного коэффициента, отражающего отношение нового пакета

акций к пакету, не выкупленному самой компанией, составляет более 50% –

75%. Например, если 5% акций компании принадлежит самой компании, и

компания еще не уменьшила уставный капитал на сумму выкупленных акций,

то акционер, увеличивающий свой пакет с 40 до 49% пакета акций, фактиче#

ски обладает контрольным пакетом, так в распоряжении прочих собственни#

ков (кроме компании) находится лишь 46% акций.

Кроме того, в проекте Закона согласия антимонопольного органа требу#

ет оплата уставного капитала акциями (долями) финансовой организации в

соответствии с правилами (размер уставного капитала финансовой органи#

зации), устанавливаемыми правительством РФ (подп. 1 п. 1 ст. 25 проекта

Закона).

Еще одним нововведением является то, что в проекте Закона значитель#

но снижен срок, в течение которого решение антимонопольного органа мо#

жет быть обжаловано в суде. Существующее законодательство устанавливает

трехмесячный срок на эти действия (п. 2 ст. 28 Закона № 948#I). Проект Зако#

на предусматривает лишь 1 месяц на судебное обжалование предписаний ан#

тимонопольного органа (ст. 32 проекта Закона). Данное нововведение вряд

ли целесообразно, так как судебное обжалование требует серьезной подго#

товки, а следовательно, значительного отвлечения времени специалистов

организации#истца, а также денежных средств. Причем в результате потери

качества подготовки к судебному слушанию это может привести к значитель#

ным финансовым потерям, очевидных же выгод от сокращения сроков обжа#

лования мы не находим.

В проекте Закона по#прежнему сохраняется один из спорных моментов –

отнесение к монополистической деятельности необоснованного сокращения

или прекращения производства товаров, на которые имеются спрос или за#

казы потребителей, при наличии безубыточной возможности их производства

(п. 1 ст. 5 проекта Закона). Необходимо обеспечение свободы действий хо#

зяйствующего субъекта по производству того или иного товара. Разумно бы#

ло бы отказаться от такого определения нарушения. В случае же, если произ#

водитель, решающий отказаться от производства товара (услуги, работы),

обладает уникальными факторами производства, предлагается включить в

проект Закона пункт о возмездной передаче этих факторов в руки нового

собственника на конкурсной основе.

Другой спорной, существующей и в действующем законодательстве

нормой является следующая: получение в собственность, пользование или

владение одним хозяйствующим субъектом (группой лиц) основных произ#

водственных средств или нематериальных активов другого хозяйствующего

субъекта, если балансовая стоимость имущества, составляющего предмет

сделки (взаимосвязанных сделок), превышает 10% балансовой стоимости

основных производственных средств и нематериальных активов хозяйствую#

щего субъекта, отчуждающего или передающего имущество (подп. 2 п. 1 ст.

25 проекта Закона). При этом если мы склонны согласиться с общим смыс#

лом данного пункта проекта Закона, то нельзя согласиться с его всеохватно#

стью. По нашему мнению, помимо относительной величины – процент от

стоимости имущества организации – необходимо установить минимальную

стоимость такого имущества, сделки с которым подлежат предварительному

согласованию с антимонопольным органом. В противном случае, например,

реализация офисной техники ликвидируемой небольшой аудиторской компа#

нии может подлежать согласованию ФАС. Кроме того, предлагается исклю#

чить из списка сделок, подлежащих регулированию, реализацию зданий и

сооружений, не относящихся непосредственно к производственной деятель#

ности юридических лиц, участвующих в сделке, так как такие сделки, как мы

считаем, не могут каким#либо образом ограничить конкуренцию как на товар#

ном, так и на финансовом рынке.

Подводя итог всему вышесказанному, можно отметить, что проект Зако#

на в целом соответствует современным потребностям в регулировании эко#

номической деятельности хозяйствующих субъектов Российской Федерации,

так как облегчает необоснованные административные барьеры при осущест#

влении предпринимательской деятельности, регламентирует ряд хозяйст#

венных ситуаций, дает четкое определение ранее неопределенным законода#

тельно процессов. Это, помимо прочего, также упрощает возможность адми#

нистрирования в сфере защиты конкуренции и монополистической деятель#

ности. Между тем, на наш взгляд, существует ряд указанных выше недостат#

ков, подлежащих более детальной проработке до принятия Федерального

закона.