Авторы: 147 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Книги:  180 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


загрузка...

«Закон оттока» и доктрина реальных векселей

Отправной точкой дискуссии и в этом случае была позиция А. Смита. Он исходил из наличия, во-первых, определенной «потреб­ности торговли» в деньгах (в современных терминах — трансакцион-ного спроса на деньги), во-вторых, способности рынка удовлетворять эту потребность, т.е. механизма саморегулирования объема денежной массы в обращении, и, в-третьих, из того, что бумажные деньги (прежде всего банкноты) — это не что иное, как заменители собст­венно денег, под которыми подразумевались металлические деньги (золото и серебро), выполняющие функцию средства обращения. Те же золото и серебро, используемые для накопления сокровищ или для обмена на импортируемые товары, в качестве денег уже не рас­сматривались. Соответственно, вопрос о размерах эмиссии бумаж­ных денег сводился для Смита к простому правилу: «Общее количест­во бумажных денег всякого рода, какое может без затруднений обра­щаться в какой-либо стране, ни при каких условиях не может превы-

шать стоимости золотой или серебряной монеты, которую они заменя­ют или которая (при тех же размерах торгового оборота) находилась бы в обращении, если бы не было бумажных денег»]П.

Поскольку расходы по поддержанию денежной массы в обра­щении Смит считал вычетом из чистого продукта общества, постоль­ку замена металлических денег бумажными пысвобождала, по его мнению, золото и серебро для более продуктивного использования, прежде всего для расширения внешней торговли. При этом денеж­ная система должна была оставаться смешанной (бумажно-метал­лической), так чтобы бумажные деньги всегда могли обмениваться на металл.

При такой системе Смит не опасался чрезмерного выпуска банк­нот, полагая, что это противоречит интересам самих банков: избыток денег в каналах обращения неизбежно вызовет их отток и, соответст­венно, возврат в банки в обмен на металл, что повысит их издержки по поддержанию резервов золота и серебра. Этот механизм получил наименование «закон оттока» (или «обратный приток»).

Как отдельному банку определить в этих условиях объем креди­тования, соответствующий «потребностям торговли» и уберечься от риска чрезмерной кредитной эмиссии? Для этого, согласно Смиту, достаточно, чтобы банк учитывал только «реальные векселя»(геа1 bills), т.е. векселя, выданные под реальные партии товаров, и, соответст­венно, воздерживался от кредитования долгосрочных проектов и, тем более, спекулятивных операций: «Когда банк учитывает купцу реаль­ный вексель, трассированныйдействительным (real) кредитором на дей­ствительного (real) должника и с наступлением срока действительно (really) оплачиваемый последним, он только ссужает ему часть стои­мости, которую ему в противном случае пришлось бы держать у себя без употребления и в виде наличных денег для покрытия текущих плате-же и»  .

Позднее это условие стало называться «доктриной реальных век­селей».

С точки зрения принципов регулирования кредитной эмиссии позиция Смита была и жесткой, поскольку ограничивала объем бумажной денежной массы той суммой металлических денег, ко­торую она замешает, и мягкой, поскольку главную роль по регули­рованию объема денежной массы оставляла за самими банками. Эта неоднозначность позиции и создала почву для последующих дискуссий.