Авторы: 147 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Книги:  180 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


загрузка...

«Рынки» и «рынки сбыта»

На русском языке закон Сэл обычно называют просто законом рынков. Такое же словоупотребление принято в английском язы­ке: law of markets. Между тем во французском оригинале «Тракта­та» речь шла о рынках — debouches в отличие от рынков marches (прямого эквивалента английского markets). В главе 4, при рас­смотрении границ рынка у Смита, мы уже сталкивались с неод­нозначностью понятия «рынок*, которое в одних случаях подра­зумевает определенный механизм согласования спроса и предло­жения, в других - величину потенциального спроса, сферу сбыта определенной продукции. Закон Сэя продолжает смитовскую тему рынков — сфер сбыта, а вовсе не тему рынка-механизма (marche, market). Вот почему стандартный перевод (законрынков) менее точно передает смысл оригинала, чем используемое в этой главе выражение «законрынков сбыта».

Основной смысл закона Сэя сводится к утверждению, что произ­водство само создает себе спрос: «Всякий продукт с момента своего создания, — подчеркивал Сэй, — открывает рынок сбыта для других продуктов на всю величину своей стоимости» °. Этот вывод логически вытекал из смитовского определения естественной цены товаров как суммы доходов:

£>= W+ Р+ R.

Для всей массы товаров Q (суммарная цена товаров) символизи­рует в этой формуле совокупное предложение, тогда как W + Р + R (сумма доходов — заработной платы, прибыли и ренты) — это не что иное, как совокупный спрос.

В условном мире естественных цен, отражающих равновесие спроса и предложения на рынке всякого товара или фактора произ­водства, закон Сэя был не более чем тавтологией. Вместе с тем он невольно указывал на важную особенность спроса и предложения на макроуровне: если на отдельном рынке спрос и предложение — функ­ции разных, как правило взаимно не зависимых, факторов, то в от­ношении совокупного спроса и совокупного предложения этого ска­зать нельзя. Их общей основой служит совокупный общественный продукт. Соответственно, с ростом величины продукта, при прочих равных условиях, предложение и спрос растут пропорционально. Отсюда следовал и главный вывод Сэя о невозможности общего кри­зиса перепроизводства: « Общий спрос на продукты всегда равен сумме имеющихся продуктов... Нельзя представить, чтобы продукты труда всей нации стали когда-либо избыточными, если один товар дает сред­ства для покупки другого»''.

Но тем самым закон Сэя закрывал путь к ответу на вопрос, кото­рый в жизни становился все более злободневным, — об экономичес­ких кризисах. Сэй и его единомышленники обходили проблему смяг­чением формулировок, разъясняя, что речь не идет о полном совпа­дении спроса и предложения, что на отдельных рынках их расхожде­ние возможно при условии, что недостаточный спрос на одном рын­ке компенсируется избыточным спросом на других; что совпадение спроса и предложения достигается в среднем, в тенденции, и дисба­лансы возможны, но лишь как временное явление. Уже в XX в. с уче-| том этих оговорок были разграничены две версии закона Сэя: смяг­ченную версию стали называть равенством Сэя; более жесткую, по­стулирующую тождественное равенство спроса и предложения на макроуровне — тождеством Сэя.

Судьба закона Сэя в истории экономической науки полна драма­тическими событиями. С одной стороны, фигура Сэя-теоретика час-10 вызывала скептическое отношение12, а в аргументах, на которых

базировался закон, были обнаружены серьезные изъяны. С другой стороны, закон привлекал к себе все новые волны интереса, всякий раз открывая исследователям свои новые грани. В результате отно­шение к закону Сэя и сегодня служит разделительной чертой между ведущими направлениями макроэкономической мысли.