Авторы: 147 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Книги:  180 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


загрузка...

Как измерить стоимость?

Смит стремился найти ответ на двуединый, как ему казалось, во­прос: «...каково действительное мерило... меновой стоимости или в чем состоит действительная цена всех товаров»'? (с. 102).

В условиях разделения труда богатство или бедность человека определяются, как считал Смит, не тем, что он может создать для соб­ственного потребления и пользования, а тем, что он может получить в обмен на собственный труд, продукт или доход. Именно поэтому богатство — совокупность меновых стоимостей. В поисках мерила меновых стоимостей Смит столкнулся с двумя разными задачами, которые ему не удалось четко разграничить:

задачей измерения: как соизмерять меновые стоимости в разные периоды времени;

задачей объяснения: почему меновые пропорции устанавливаются так, а не иначе; что лежит в их основе.

Решение обеих задач Смит связывал с трудом — отсюда, возмож­но, убеждение в их общности. Между тем сам труд в каждом случае трактовался по-разному.

Соизмеримость меновых стоимостей. В условиях рыночного об­мена задача соизмерения меновых стоимостей решается в некотором смысле самим рынком. Уже простой обмен двух товаров устанавли­вает между ними количественное соотношение: единица одного то­вара приравнивается к определенному количеству другого. Совокуп­ность таких соотношений между всеми товарами составляет систему относительных цен, которая делает все товары взаимно соизмеримы­ми. На практике система таких цен формируется путем приравнива­ния всех товаров к единому эквиваленту — деньгам.

У Смита идея относительных цен вводится косвенным образом — через понятие располагаемого труда {labour commanded): «...стоимость всякого товара для лица, которое... имеет в виду... обменять [его] на другие предметы, равна количеству труда, которое он может купить на него или получить в свое распоряжение». Аналогичным образом для покупателя «действительная цена всякого предмета» — это «труд и уси­лия, необходимые для его приобретения». К этому следует добавить, что для Смита не обязательно, чтобы это был труд самого покупателя: то, «что покупается за деньги... приобретается трудом в такой же мере, как и предметы, приобретаемые нашим собственным трудом-» (с. 103).

Говоря|о действительных ценах товаров, Смит предполагал соот­несение всех товаров с единицей (порцией) труда:

А'товара А   =

Fтовара В   =

= единице труда.

Л/товара N =

Но, получив общую меру в труде, все товары становятся соизме­римыми. Это и означает, что речь идет о системе меновых пропор­ций, или относительных цен. В такой системе единица труда взаимо-именяема с единицами любого другого товара, и считать труд луч­шим мерилом меновой стоимости, чем любой другой товар, нет ни­каких оснований. Неявным образом это признал и сам Смит, указав на эквивалентность «действительных» (трудовых) и номинальных (де­нежных) цен всех товаров.

Соизмерение богатства во времени. Казалось бы, рассуждения Смита свелись к неизбежной тавтологии: меновые стоимости соиз­меряются так, как они соизмеряются - через рыночные цены! Одна­ко именно в этом пункте своих рассуждений Смит нащупывает ре­альную проблему. Действительные и номинальные цены эквивалентны, но с одной важной оговоркой: «...в определенное время и в опреде­ленном месте деньги представляют собою тонное мерило действитель­ной меновой стоимости товаров, но только в определенное время и в определенном месте» (с. 109, выделено мной. — О.А.).

Если же это условие не выполнено, то «[в]виду колебаний стоимо­сти золота и серебра одна и та же номинальная цена может иметь весь­ма различные стоимости» (с. 106). Тем самым Смит подошел к пони­манию того, что относительные цены — это «одновременные» цены. Если учесть, что с течением времени может меняться не только стои­мость денег, но и стоимость любого товара, а значит, и вся система относительных цен, то неизбежен вывод, что ценовые пропорции, от­носящиеся к разным периодам времени, несоизмеримы, а сама пробле ма соизмерения меновых стоимостей во времени — нетривиальна.

Смиту теперь и в самом деле понадобилось мерило — некий неиз-менный во времени стандарт стоимости, не зависящий от преходя­щих обменных пропорций: «подобно тому как естественные меры, вроде ступни, локтя или горсти, постоянно меняющиеся в своих разме­рах, никогда не могут служить точным мерилом количества других пред-метов, так и товар, который сам постоянно подвергается колебаниям в своей стоимости, никоим образом не может быть точным мерилом стоимости других товаров» (с. 105).

Смит вновь обратился к труду — правда, на этот раз в центре вни-мания оказались другие его качества,« Можно сказать, —пишет он, — что во все времена и во всех местах одинаковые количества труда име­ли всегда одинаковую ценность для рабочего. При обычном состоянии своего здоровья, силы и способностей, при обычной степени искусства и ловкости, он всегда должен пожертвовать той же самой долей своего досуга, своей свободы и спокойствия. Цена, которую он уплачивает, все­гда остается неизменной, каково бы ни было количество товаров, ко­торое он получает в обмен за свой труд» (с. 105).

Труд выступает в данном случае как затрата человеческих усилий и в этом качестве имеет собственную меру, независимую от стоимос­ти других товаров. Труд противопоставлен досугу: чем больше време­ни человек вынужден отводить труду, тем меньше остается в его сво­бодном распоряжении2. Десять часов труда имеют сходный смысл для

разных эпох и обстоятельств. Именно в этом отношении труд у Сми­та пыступает «единственным всеобщим, равно как и единственным точ­ным, мерилом стоимости» (с. 109).

Правда, это было чисто теоретическое решение: оно отвлекалось от реальной неоднородности труда и потому для практического со­измерения стоимостных величин было мало пригодным. Для прак­тических целей Смит допускал использование косвенных методов, основанных на принципе относительных цен. Речь шла о том, чтобы найти меновую пропорцию, наиболее тесно привязанную к уровню трудовых затрат как эталону стоимости. Гипотеза Смита состояла в том, что для продолжительных периодов времени такой пропорцией должна служить «хлебная (зерновая)» заработная плата («...равные количества зерна скорее сохранят в отдаленные друг от друга эпохи одну и ту же действительную стоимость или будут давать возможность его обладателю купить или получить в свое распоряжение приблизитель­но то же самое количество труда других людей» [с. 107]); для коротких периодов времени - денежная заработная плата {«...от одного года к другому серебро представляется лучшим мерилом, чем хлеб, потому что одинаковые количества сецебра скорее могут быть обменены на одина­ковое количество труда» [с. 109]).

Для эпохи Смита гипотеза была вполне разумной, так как, во-пер­вых, хлеб оставался основным продуктом питания, а оплата труда тяготела к прожиточному минимуму и, во-вторых, сохранялась при­вязка цен к стоимости денежных металлов, что препятствовало рез­ким изменениям общего уровня цен.

Что определяет уровень относительных цен?

Главный вопрос, волновавший классиков политической эконо­мии, — что лежит в основе естественных (равновесных) цен? Пред­полагалось, что механизм согласования спроса и предложения объ­ясняет, как экономика достигает состояния равновесия, но не само это состояние. Как и в других случаях, решение задачи Смит перво­начально связывает с трудом. При этом, однако, он разграничивает два состояния общества:

« В обществе первобытном и малоразвитом, предшествовавшем на­коплению капиталов и обращению земли в частную собственность, со­отношение между количествами труда, необходимыми для приобрете­ния разных предметов, было, по-видимому, единственным основанием, которое могло служить руководством для обмена их друг на друга. Так, например, если у охотничьего народа обычно приходится затратить вдвое больше труда для того, чтобыубить бобра, чем на то, чтобы убить

оленя, один бобр будет, естественно, обмениваться на двух оленей, или иметь стоимость двух оленей... При таком положении вещей весь про­дукт труда принадлежит работнику» (с. 118—119).

Только при этих особых предпосылках естественные цены това­ров пропорциональны труду, непосредственно затраченному на их про-изводство, или, в терминах самого Смита, труд, затраченный на про­изводство товара, равен труду, располагаемому этим товаром. Иначе обстоит дело в более развитых обществах, где труд — не единствен­ный фактор производства, где активная роль принадлежит также ка­питалу, принимающему на себя часть функций по обеспечению про­изводственного процесса, например снабжение работников матери­алами и средствами существования.

«При таком положении вещей, — констатирует Смит, - работ­нику не всегда принадлежит весь продукт его труда. В большинстве случаев он должен делить его с владельцем капитала, который нани­мает его. В таком случае количество труда, обычно затрачиваемого на приобретение или производство какого-либо товара, не является единственным условием для определения количества труда, которое может быть куплено или получено в обмен за него». Наконец, в от­ношении земельной ренты Смит высказался еще решительнее: «С тех пор, как вся земля... превратилась в частную собственность, землевладельцы, подобно всем другим людям, хотят пожинать там, где не сеяли, и начинают требовать ренту даже за естественные плоды земли» (с. 120).