Авторы: 147 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Книги:  180 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


загрузка...

Теория политической ренты

Теория политической ренты акцентирует внимание на том обсто­ятельстве, что целью участия экономических субъектов в политичес-1 кой деятельности можетявляться получение специфических преиму-

ществ, обеспечивающих им рентные (т.е. превышающие конкурент­ный уровень) доходы на находящиеся в их распоряжении факторы производства. Данные доходы получили название «политическая рен­та*, а деятельность, направленная на их получение — «изыскание по­литической ренты»27. Предполагается, что хозяйствующие субъекты часть своих ресурсов инвестируют в хозяйственную деятельность («де­ятельность по созданию прибыли»), а часть - и деятельность на по­литическом рынке («деятельность по изысканию политической рен­ты»). При этом критерий эффективности распределения ресурсов требует, чтобы предельная эффективность их использования в обеих сферах была одинакова.

Наиболее показательным случаем деятельности, направленной на изыскание политической ренты, является борьба экономических субъектов за получение монопольных прав, ограничение конкурен­ции на рынке или законодательное фиксирование благоприятного для производителей уровня цен. Такого рода деятельность обусловливает возникновение специфических издержек, природу которых удобно анализировать с помощью рис. 9. Пусть в условиях свободной конку­ренции цена товара устанавливается на уровне средних и предельных издержек: Рс= МС = АС. Монополизация данной отрасли хозяйства ведет к повышению цены до уровня Рм и падению объемов произ­водства с бсдо QM. Согласно традиционной точке зрения, объем чи­стых экономических потерь общества соответствует при этом площади фигуры КМС{тък. называемый «мертвый груз монополии»), вто вре­мя как объем ресурсов, соответствующий площади прямоугольника РМКМРС, представляет собой чистый трансферт от потребителей к производителям. Г. Таллок впервые обратил внимание на то, что и эти ресурсы оказываются потеряны для производительного приме­нения. Каждый производитель, обладающий шансом получить от го­сударства монопольные права, будет иметь стимул направлять на лоб­бирование такой объем средств, чтобы предельные расходы были рав­ны предельным ожидаемым доходам, связанным с увеличением ве­роятности установления монополии. Отсюда следует, что совокупный объем расходов на установление монополии будет в точности соот­ветствовать площади прямоугольника РМКМРС. Данный феномен получил название распыления политической ренты.

 

МС=АС

Объем производства

 

Рис. 9

Потери общества вследствие изыскания политической ренты. Стремление эко­номических субъектов к получению монопольных прав влечет за собой не только возникновение «мертвого груза» монополии (КМС), но и непроизво­дительное расходопание ресурсов в объеме РМКМРС (кривая D представля­ет собой график рыночного спроса на рассматриваемое благо)

Ситуация еще более усложняется, коль скоро мероприятия госу­дарственной экономической политики, создающие политическую ренту для одних экономических субъектов, обуслоиливают возник­новение негативной политической ренты для других. К примеру, вве­дение импортного тарифа на уголь повышает доходы национальных производителей угля, но снижает доходы его потребителей. В этих условиях компании—потребители угля могут вовлекаться в «деятель­ность по избеганию ренты», к примеру, путем лоббирования в пользу отмены пошлин на уголь (или против их повышения). Возникает си­туация «перетягивания каната», когда в политической сфере сталки­ваются группы давления с противоположными интересами. Сама по себе конкуренция между ними не может рассматриваться как проти­воядие от неэффективного использования ресурсов. Ключевое зна­чение имеет тот факт, что эта конкуренция также требует осуществ­ления расходов на лоббирование. Г. Таллок приводит следующий при­мер18: если субъект Л расходует 50 дол. на лоббирование в пользу транс­ферта в сумме 100 дол. от субъекта В, а В расходует 50 дол. на лобби-. рование против соответствующего трансферта, то, не зависимо от исхода противостояния, один из субъектов получит чистый выигрыш в размере 50 дол., в то время как совокупные потери общества соста­вят 100 дол.

Если в качестве сторонников и противников проведения той или иной меры государственного экономического регулирования высту­пают организованные группы давления одной «весовой категории», конкуренция на политическом рынке действительно может привес­ти к минимизации нежелательных изменений в экономической струк­туре и сокращению «мертвого груза» экономической политики. Од­нако величина задействованных обеими сторонами в интересах лоб­бирования ресурсов может оказаться очень большой, особенно если ставки сторон (т.е. экономический выигрыш в случае принятия же­лаемого курса экономической политики и экономические потери в случае одобрения альтернативного курса) достаточно существенны. В этом случае может возникнуть ситуация «черной дыры государст­венного регулирования», когда львиная доля экономических ресур­сов будет использоваться в целях погони за получением политичес­кой ренты, при том что формальный показатель, являющийся объек­том борьбы (например, ставка импортного тарифа), останется практически неизменным  .

Лоббирование экономическими субъектами выгодной им эконо­мической поли гики и их борьба за получение доступа к специфичес­ким привилегиям составляет первый уровень изыскания политичес­кой ренты. Второй уровень связан с конкуренцией субъектов приня­тия политических решении за занятие должностей, открывающих воз­можности для определения экономической политики или претворе­ния ее в жизнь. Это ведет «дополнительным непроизводительным рас­ходам. Так, если распределение внешнеторговых лицензий приносит чиновникам, занимающим соответствующие государственные долж­ности, высокий доход, например в форме взяток или повышенного жалованья, то значительное количество людей будут стремиться полу­чить образование, необходимое для занятия соответствующей долж­ности, и пытаться завязать необходимые связи в государственных ор­ганах. Поскольку не все из этих людей получат желаемую работу, инве­стиции «неудачников» будут представлять собой чистую потерю с точ­ки зрения общества. Наконец, третий уровень связан с тем, что госу­дарственная политика в отношении отдельных отраслей (обеспечива­ющая работающим в них компаниям положительную или отрицатель­ную политическую ренту) побуждает компании тратить ресурсы на проникновение в соответствующие отрасли или выход из них10.

Таким образом, теория политической ренты проливает свет не мотивы деятельности групп давления и субъектов принятия полити-1 ческих решений, что имеет ключевое значение для теории эндоген^ ного определения экономической политики. Кроме того, масштабь деятельности по изысканию политической ренты рассматриваются i качестве важного критерия оценки эффективности различных инсти-] тутоп принятия государственных решений в области экономической политики.

Экономическая теория политических институтов

Данная исследовательская дисциплина находится в зоне сопри­косновения теории общественного выбора и неоинституционально? экономической теории. В центре ее внимания находятся проблемь институциональной организации процесса принятия государствен­ных решений: Сочетание методологических подходов, присущих нео-институционализму и теории общественного выбора, позволяет рас­сматривать проблемы трансакционных издержек, возникающих процессе принятия решений органами государственной власти, осо-| бенности агентских отношений между избирателями и политиками] политиками и чиновниками, чиновниками разных уровней и т.д.. а также вопросы нетранзитивности коллективных предпочтений процедурного манипулирования в органах принятия решений. При! этом четко проводится постулат о рациональном поведении участну-[ ющих в политическом процессе субъектов, а сами политические ин­ституты понимаются как специфические правила и процедуры выра­ботки решений, направляющие это поведение в определенное русло,| Благодаря этому появляется возможность рассматривать результат процесса принятия политических решений в терминах структурно де-| терминированного равновесия, т.е. равновесия, обусловленного ис-1 пользованием существующих институциональных механизмов .

В последние десятилетия широкое распространение получили! исследования, посвященные анализу структуры органов власти (пар-1 ламентов и парламентских комитетов, правительственных агентств),[ альтернативных процедур утверждения в государственных органах мероприятий экономического регулирования, а также стабильности! политических институтов в условиях конкуренции политических сил! за сферы влияния. Изучение структуры органов власти и разделения! полномочий между ними имеет ключевое значение для определения! особенностей функционирования политических рынков. В частнос-

ти, было показано, что типично американский феномен логроллин-га32 является порождением принятого в США механизма рассмотре­ния законопроектов, при котором законодательные инициативы пар-ламентариев непосредственно вносятся на рассмотрение представи­тельного органа. Напротив, в европейских парламентах общеприня­той является предварительная экспертиза законопроектов в прави­тельстве, что существенно сужает возможности для логроллинга". Таким образом, альтернативные процедуры рассмотрения законопро­ектов накладывают различные ограничения на процесс изыскания политической ренты, связанный с лоббированием и утверждением законопроектов экономического характера.

Аналогичное значение имеет сопоставление специфических ас­пектов деятельности разных; категорий субъектов принятия полити­ческих решений, формулирующих экономическую политику в рам­ках политического и технического (административного) путей при­нятия решений"14. Непосредственное рассмотрение конкретных во­просов текущей экономической политики в парламенте или прави­тельстве редко имеет место. Чаще практикуется делегирование соот­ветствующих полномочий различного рода административным орга­нам. Между указанными путями принятия решений существуют важ­ные различия.

Во-перпых, рассмотрение предложений в парламенте или прави­тельстве (политический путь) касается важных случаев, когда все за­интересованные группы и рядовые избиратели хорошо осведомлены об их характере. Напротив, к техническому пути прибегают тогда, когда политическая важность дела и степень осведомленности о нем избирателей незначительны. Во-вторых, различаются горизонты при­нятия решений - при техническом пути учитываются главным обра­зом интересы субъектов, ходатайствующих о поддержке, а при поли­тическом пути фигурируют уже интересы национального масштаба. В-третьих, критерии принятия технических решений четко опреде­лены в регламентирующих деятельность соответствующих органов

" Под логроллингом понимается «торговля голосами» в представитель­ных органах власти, когда парламентарии приобретают поддержку своих за­конопроектов в обмен на обещание предоставления поддержки законопро­ектам, выдвигаемым другими парламентариями.

документах, а для политических решений эти критерии весьма ши­роки и с трудом поддаются формализации. Эти различия между пу­тями принятия решений оказывают существенное влияние на исход политического процесса (так, при использовании технического пути возрастает вероятность одобрения перераспределительных меропри­ятий, лоббируемых группами давления).

Наконец, необходимо осветить вопрос о стабильности политиче­ских институтов. В условиях конкуренции субъектов политического рынка за власть идоступ к экономическим привилегиям логичнобыло бы предположить, что процедуры принятия политических решений будут подвержены частым изменениям. На практике, однако, этого не происходит (по крайней мере в стабильных демократиях). Господ­ствующее объяснение этого феномена подчеркивает роль политиче­ских институтов как запаса капитала, обеспечивающего стабильный ноток политических решений, а значит, и определенный набор точек структурно детерминированного равновесия в различных сферах. В этих условиях инвестиции, направленные на изменение данного за­паса, неизбежно сопряжены с неопределенностью относительно но­вого набора точек структурно детерминированного равновесия. Эта неопределенность подрывает стимулы к институциональным изме­нениям к обусловливает стабильность равновесных политических институтов, возникающих в результате контрактарного взаимодей­ствия субъектов политического рынка".

Учет действия политических институтов позволяет сделать важ­ные выводы относительно факторов, определяющих возможности использования потенциала экономического роста в различных стра­нах. Для этого может быть использована концептуальная схема, опи­сывающая различные типы границ экономических возможностей'". Граница производственных возможностей определяет максимальный уровень производства экономических благ, задаваемый существую­щей технологией при соблюдении традиционного неоклассического предположения о нулевом уровне трансакционных издержек в хозяй­ственной системе. Граница трансакционных возможностей детерми­нирует пределы выпуска экономических благ при наличии минималь­но возможного уровня трансакционных издержек, т.е. такого их уров­ня, который наблюдается при проведении государством оптималь-

ной политики защиты прав собственности и при использовании эко­номическими субъектами такой структуры контрактов, которая ори­ентирована на минимизацию трансакционных издержек. Очевидно, что даже при соблюдении этих предположений уровень трансакци­онных издержек в экономике всегда будет положительным (и отли­чие от «неоклассического» случая трансакциониые издержки в ре­альной жизни никогда не могут быть сведены к нулю). Благодаря это­му граница трансакционных возможностей всегда будет более жест­кой, чем граница производственных возможностей. Наконец, гранииз социал-ьных возможностей определяет максимальный объем произ­водства благ, достижимый в условиях функционирования реального набора политических институтов. Поскольку данные институты мо­гут отражать особенности исторической эволюции социальных и культурных факторов, а также отвечать целям борьбы субъектов по­литического рынка за создание и присвоение политической ренты, уровень трансакционных издержек в реальной жизни всегда выше, чем и условиях «идеального» набора институтов. Следовательно, гра­нице социальных возможностей будет соответствовать более низкий уровень выпуска, чем границе трансакционных возможностей. Ины­ми словами, именно политические институты являются «узким мес­том», лимитирующим варианты производительного использования хозяйственных ресурсов; поэтому именно граница социальных воз­можностей определяет реальные горизонты использования потенци­ала экономической системы37.

Опираясь на данную схему, можно идентифицировать основные направления, по которым реформа политических институтов может влиять на расширение экономических возможностей страны. Во-пер­вых, создание более эффективных политических институтов обеспе­чивает снижение уровня «политически обусловленных» трансакци­онных издержек, т.е. приближает границу социальных возможностей к границе трансакционных возможностей. Во-вторых, в условиях функционирования эффективных политических институтов откры­ваются возможности создания качественно новых для данной эко­номической системы механизмов заключения контрактов и защиты прав собственности, что приближает границу трансакционных воз­можностей к границе производственных возможностей.