Авторы: 147 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Книги:  180 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


загрузка...

КАННЫ

 
   Фильм «Я шагаю по Москве» был отобран для показа в Каннах. В Канны посылали четверых: Баскакова, Галю Польских, Михаила Шкаликова из иностранного отдела Госкино и меня.
   Перед поездкой меня вызвал в Госкино недавно назначенный зам начальника иностранного отдела.
   – Георгий Николаевич, вы бывали за границей. Какие там задают провокационные вопросы?
   – Да вроде никаких. Ну, спрашивают, почему в наших картинах нет секса.
   – А вы что?
   – А я говорю, потому, что нет такой необходимости: в нашей стране с рождаемостью все в порядке.
   На том разговор и кончился.
   Мы с Мишей Шкаликовым прилетели на два дня раньше Баскакова и Гали (сейчас уже не помню почему). Когда мы встретили Баскакова и Галю в аэропорту в Каннах, первые слова Гали были:
   – Георгий Николаевич, что они тут про секс спрашивают?!
   (Галя прошла инструктаж в Госкино.)
   На следующий день после показа нашего фильма была пресс-конференция. Прямая трансляция по радио, множество корреспондентов, доброжелательные вопросы. Поднялся американский журналист:
   – У меня нескромный вопрос к Галине Польских, если она разрешит, я его задам.
   И вся Франция по радио услышала испуганный Галин возглас:
   – Ой, Георгий Николаевич, это он про секс!
   – Мадам Польских разрешает задать вопрос, – перевел Шкаликов.
   Американец что-то спросил, и Галя, не дожидаясь перевода, твердо заявила:
   – Не волнуйтесь, мистер! С рождаемостью в СССР все в порядке!
   – Галина Александровна, – прошипел Шкаликов, – он спрашивает, сколько тебе лет.
   На вид Гале тогда было шестнадцать-семнадцать.
   Главная достопримечательность Каннского фестиваля – знаменитая ковровая дорожка на лестнице в фестивальный кинотеатр. По ней поднимаются «звезды». И перед этой лестницей все время в любую погоду с утра до ночи стоит тысячная толпа. Прежде чем попасть на лестницу, надо пройти сквозь кордон полицейских. Пускают только по аккредитации и только в «бабочках».
   У меня болезнь – если фильм мне не нравится, дольше десяти минут я его смотреть не могу, ухожу. В первый же раз, когда я сбежал из зала и вышел на лестницу, раздались приветственные выкрики и аплодисменты. Оглянулся – кроме меня, на лестнице никого нет. Меня приветствовали! Раз я стою на ковровой дорожке с аккредитацией на груди и в «бабочке», значит, я не хрен собачий, а кто-то… Я помахал рукой, сбежал по лестнице, дал несколько автографов и пошел купаться.
   Все-таки приятно, что фанаты кино на Каннском фестивале еще глупее, чем наши.
   И так повторялось почти каждый день. В Каннах я потом бывал несколько раз и должен сказать, что неинтересных и занудных фильмов на этом фестивале ничуть не меньше, чем на любом другом.
   В тот раз на Канском фестивале до конца я досмотрел только три фильма – японский «Женщина в песках», французский «Шербургские зонтики» и «Я шагаю по Москве» (два раза, на утреннем и вечернем просмотре). Как оказалось, вкус жюри совпал с моим – главный приз получил фильм «Шербургские зонтики», специальный приз – «Женщина в песках», а «Я шагаю по Москве» отметили за оригинальную режиссуру.