Авторы: 147 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Книги:  180 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


загрузка...

КИНО – ВАЖНЕЙШЕЕ ИЗ ИСКУССТВ

   В Мурманске по плану было намечено первой снимать сцену на набережной. Выбрали точку. Красиво – вид на порт, на Кольский залив. Только в кадр попадал грязный покосившийся забор. И я сказал администратору Федорцу, чтобы завтра во время съемки был автобус, – закрыть забор от камеры.
   – Не надо, – сказал второй режиссер. – Давай снимем так, нечего их ублажать.
   Вторым режиссером на этой картине был Леонид Васильевич Басов, бывший заместитель Нового директора «Мосфильма», – тот самый, который на показе «Сережи» тапочки не разглядел. После того как его разжаловали из замдиректоров, вкусы у него поменялись.
   – Нет, – сказал я. – Потом начнут цепляться, что очерняем действительность. Как вы тогда с этими идиотскими тапочками.
   – Человеку свойственно чувство самосохранения, – объяснил Басов. – Раскаленное железо рукой не схватишь: знаешь, что обожжет.
   Утром на следующий день приехали на съемку – автобуса нет.
   – Не дали, – сказал Федорец.
   – Снимем так, – опять сказал Басов.
   – Нет, – не согласился я и попросил Басова позвонить Залбштейну. Директором фильма «Путь к причалу» был Дмитрий Иосифович Залбштейн, осанистый пятидесятилетний мужчина с начальственным басом.
   Басов из автомата позвонил в гостиницу и сообщил Залбштейну, что здесь в кадре всякая срань, а загородить ее нечем. Поэтому мы будем снимать все как есть и очерним советскую действительность. А виноват будет он, Залбштейн, потому что не обеспечил автобус.
   – Не снимайте! – завопил Залбштейн. – Будет автобус.
   Минут через сорок приехала милиция, а за ней начали подъезжать автобусы, один за другим. Все прибывают и прибывают. Милиционеры спрашивают, где автобусы расставлять… А потом приехали два БТРа. Из башни одного торчала голова Залбштейна.
   После звонка Басова Залбштейн помчался в обком партии к первому секретарю. Секретарша попыталась остановить его, но Залбштейн отодвинул ее и ворвался в кабинет. Там за длинным столом сидело человек двенадцать – шло заседание бюро обкома.(Первые лица Мурманской области.)
   – Сидите? Не чешетесь? – заорал Залбштейн. – Хотите, чтобы мы очерняли советскую действительность? Не выйдет! Все партбилеты на стол положите! (Самое страшное наказание для коммуниста.)
   Пауза.
   – В чем дело? – спросил Первый секретарь. – Выражайтесь конкретнее.
   Залбштейн выразился конкретно: автобус не дали.
   Все облегченно вздохнули и заулыбались.
   И к нам отправили автобусы с городских маршрутов. А член бюро обкома, командующий военным округом, на всякий случай прислал два бронетранспортера, на одном из которых и приехал на съемочную площадку Дмитрий Иосифович Залбштейн.
   Между прочим. Залбштейн разнервничался не потому, что испугался Басова. Залбштейн «бросился на амбразуру» потому, что искренне верил словам Ленина, что «важнейшим из искусств для нас является кино». А гнилой забор и срань в кадре – это идеологический подарок врагам.