Авторы: 147 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Книги:  180 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


загрузка...

НЕТ ПРАВИЛ БЕЗ ИСКЛЮЧЕНИЙ

 
   Такими же колоритными, как краски, должны были быть персонажи: темпераментные, необузданные, эмоциональные… Даже немного шаржированные (в других картинах я этого как раз избегал). Почти со всеми героями было понятно, кто кого будет играть. Мы с Резо и писали Софико на Софико Чиаурели, Левана – на Серго Закариадзе, солдата – на Евгения Леонова, шарманщика – на Ипполита Хвичиа… А вот что делать с главным героем – Бенжаменом? Бенжамен в романе описан как высокий светловолосый и голубоглазый тридцатилетний мужчина, здоровенный такой детина… Стали мы искать молодого, здоровенного, голубоглазого и светловолосого грузина.
   Среди известных актеров такого не было. Стали искать в провинции. И тут я заболел желтухой и угодил в Боткинскую больницу. В Боткинской на лестничной площадке был телефон, и я каждый вечер звонил домой. Мама у меня была как штаб по подготовке картины, докладывала, как идут подготовительные работы в Тбилиси. И как-то я позвонил, а она мне говорит:
   – У вас там телевизор есть? Беги быстро посмотри, там твой Бенжамен поет.
   В холле по телевизору показывали выступление грузинского ансамбля «Орэра». Я посмотрел на всех солистов, потом позвонил маме:
   – Ты кого-то из «Орэра» имеешь в виду или смотришь другую программу?
   – Эту смотрю. Присмотрись к тому, который играет на барабане. По-моему, то, что надо.
   Я пожал плечами, опять вернулся в холл. На барабане играл худющий брю-
   нет, – он все время скалил зубы. Да, что-то мама перепутала… Какой же это Бенжамен?
   Выписался я из больницы, приехал в Тбилиси. Ищем Бенжамена, ищем – не находим. Все не то. Я вспомнил о маминой рекомендации и спросил второго режиссера, Дато Кобахидзе:
   – А что, если попробовать барабанщика из «Орэра»?
   – Бубу? Нет, он не годится!
   Но я попросил вызвать его, на всякий случай. Пришел Буба в гостиницу. В моем номере тогда сидели Вадим Юсов, Дато Кобахидзе и жена Юсова, звукооператор Инна Зеленцова.
   Как только Буба вошел, я сразу понял – не то. Поговорил с ним для вежливости… Когда за Бубой закрылась дверь, Инна сказала:
   – Ну, все. По-моему, мы нашли Бенжамена.
   – Кого? Его???
   И я, и Юсов, и Дато понимали, что никакой он не Бенжамен.
   И мы стали опять искать. Ищем, ищем, никто не подходит. Опять вызвали Кикабидзе – решили еще раз попробовать, раз он маме и Инне понравился. Наклеили ему усы, бороду и сфотографировали – на всякий случай. А гримерша Тамара пришла ко мне и сказала:
   – Поздравляю!
   – С чем?
   – С героем. Только бороду ему не надо, одни усы оставим.
   Странное что-то получается! Маме понравился, Инне понравился, сейчас Тамаре понравился. Я позвонил сестрам и напросился на чай. Они, как всегда, позвали подруг и соседок, а я взял с собой в гости Бубу. Посидели, выпили чаю. Буба ушел раньше, а я спросил:
   – Как вы думаете, взять мне Кикабидзе на главную роль?
   И сразу все заговорили:
   – Бубу?! Конечно! Он такой симпатичный, его сразу все полюбят!
   Говорят, выслушай женщину и сделай наоборот. Но нет правил без исключений. Так что, если бы я не посчитался с мнением женщин, то критики, возможно, и не включили бы «Не горюй!» в сотню лучших фильмов ХХ века. И на фестивалях фильм не получал бы призы за лучшую мужскую роль.